– Ты тогда закрылся в комнате почти на месяц, бухал и горланил песни на всю общагу. Никого к себе не подпускал. Слал всех, кто посмеет хотя бы постучать в дверь. Тебя едва не выгнали из общежития и университета за подобные выходки. А потом я на веревке спустился с четвертого этажа на твой третий и выбил кулаком окно, чтобы попасть к тебе и распить с тобой бутылку армянского коньяка.
– Помню, как мы потом стеклили это окно трясущимися от похмелья руками, – покачал он головой и улыбнулся.
– Так вот, Андрей.
Ты когда-то тоже не хотел никого видеть и подпускать к себе. Ради того, чтобы тебя вытянуть из той ямы, я спустился на старой веревке с четвертого на третий и выбил окно. Теперь, что сделал ты… Два раза позвонил в дверной звонок моей квартиры. И всё. Всё, Андрюха. Это были все твои «дохрена» раз. А теперь ты хочешь совершить третий звонок, но уже в опеку?
Он опустил взгляд в стол. Кожа лица и шеи покрылась багрянцем. Сжал челюсти так, что зашевелились уши.
– Если бы у тебя случилось что-то, что заставило бы тебя снова замкнуться, – продолжил я, не дождавшись ответа. – Я бы снова спустился к тебе по той дохлой веревке, не боясь того, что ты опять можешь выбить мне зуб.
Он молчал. Шевеля ноздрями от глубоких вдохов и выдохов, гипнотизировал поверхность стола рядом с моей забинтованной рукой.
– А ты звони, друг, звони, – бросил я ему напоследок и оттолкнулся от стола.
Беспрепятственно вышел из кабинета. Тяжелыми шагами прошел в коридор, уговаривая себя от того, чтобы пустится во все тяжкие.
В груди зудило от желания выпить и закурить. Но я понимал, что с моей стороны этот поступок будет расцениваться, как попытка обратить на себя внимание или же попросту, как подростковый бунт. Хоть подростки повально и не напивается до невменяемого состояния, но и такой мой поступок взрослым уже не назовешь. Особенно вкупе с тем, что я собираюсь сбежать с пар, ради того, чтобы всё это сделать.
Бухать в начале рабочего дня – плохая идея, но покурить – можно себе позволить, пусть даже с опозданием на пару.
Всё равно студенты не являются на нее вовремя.
Внутренний двор университета подходил для этого идеально. Просто потому что, если я выйду из университета через главные двери, то уже ничто не удержит меня от того, чтобы сесть в машину и уехать, куда глаза глядят.
Нужно попытаться удержать себя в рамках, удерживая себя в рамках учебного заведения.
