Просто озвучиваю вслух тот вопрос, который будет написан на лицах всех, кто увидит ваше гладкое лицо и окровавленный бинт на руке. Только и всего. Ну, так и? За что вас покусали?
– За то, что спас одну девушку от стаи бездомных собак. Всё? Вопросов больше нет? – раздраженно затянулся так, что грозил обжечь пальцы.
– Достойно, – проговорила Жильцова, глядя прямо перед собой.
– Чего достойно?
Молча пожала плечами, дернула головой и затянулась сигаретой. Выдохнула тонкую струйку дыма и, наконец, сказала:
– А хрен его знает.
Но чего-то же достоин ваш поступок? Настоящего мужчины, например, или отчаявшегося идиота. Смотря, с какой стороны посмотреть.
Повисло молчание. Закинул в урну тлеющий фильтр и снова убрал руки в карманы пальто. В стенах университета раздался звонок, оповещающий о начале занятий. Бросил взгляд на Жильцову, которая продолжала курить, блуждая равнодушным взглядом по окнам.
– Я сегодня понял, что у меня никогда не было друзей, – неожиданно сорвалось с губ, пока я разглядывал её профиль.
– На эту ситуацию тоже можно посмотреть с двух сторон?
– Странно, что вы поняли это только сегодня, – произнесла она, не изменившись в лице. – Дружба – это иллюзия, созданная людьми от одиночества. Не зря же детки порой создают себе выдуманного друга. С ним не так страшно и одиноко, чем без него. Просто ваш выдуманный друг, вернее тот, человек, которому вы придумали титул «друг», просуществовал с вами чуть дольше, чем у остальных. Только и всего… Я верю в любовь и ненависть, а дружба – это что-то среднее, промежуточное, подвешенное и совершенно нестабильное.
А если отбросить мой каменный реализм и попытаться оценить ситуацию с двух сторон, то и друга вашего тоже можно понять: вы больше года отталкивали от себя всех. Так почему же вы не радуетесь тому, что у вас это, наконец, получилось? – повернулась она ко мне. – Простите, конечно, но и вы нихрена не душка.
– Тогда какого черта ты цедишь свою философию и стоишь тут со мной?
– Я стою тут, но я не с вами.
Я просто курю, как и вы. Но, если хотите, то можете придумать, что мы дружим, – уголок ее тонких губ вяло дернулся, и она отвернулась от меня. Сделала еще одну затяжку и швырнула тлеющую сигарету в урну. Убрала пачку сигарет в объёмный рюкзак и снова повернулась ко мне, поправив криво сидящую шапку. – А если не хотите страдать херней, то сходите в ТЦ и купите себе зимние ботинки. Ваш балет у крыльца универа был увлекателен, но сомневаюсь, что он безопасен.
