И только сердце знает

Не я ли дважды вышла за вас замуж, чтобы вы больше никогда не сомневались в этом?!

— Раз вы это сделали, то у меня есть все права на то, чтобы быть со своей женой!

Глаза ее недоверчиво вспыхнули.

— Вы что же, хотите сейчас?.. Он просто пожал плечами:

— Я молод и страстен, разве не на этом вы так настаивали?

— Но…

И снова Рейне не удалось закончить своей мысли и высказать ему свое несогласие с его решением.

Одной рукой Ранульф обнял ее за талию и повалил на мантию, чтобы покрыть своими жадными поцелуями ее лицо.

Он снова и снова целовал ее, а Рейна все никак не могла придумать, как бы все-таки объяснить своему супругу, что лорд и госпожа Клайдона не должны заниматься любовью в лесу, как простые вилланы. Она надеялась, что он прекратит свои поцелуи хоть на мгновение для того, чтобы раздеть ее, и тогда она сможет снова попытаться воззвать к голосу его разума.

О! Какой дурой она была!

Он и не думал отрывать свой рот от ее губ. Он даже не удосужился раздеть ее полностью, удовлетворившись тем, что просто разорвал ее подвязки и стащил свои собственные.

А потом он вошел в нее страстно, огненно, боясь на мгновение остановиться. И апогей его бурного желания был достигнут уже меньше чем через минуту, когда он громко зарычал на весь лес от наслаждения.

А Рейна вообще ничего не почувствовала, и это еще больше разозлило ее, когда он устало повалился рядом.

— Черт бы тебя побрал, Ранульф! Возможно, ты и привык сдирать юбки с простолюдинок, попавшихся на твоем пути, и считал, что это было нормально.

Но я этого не потерплю! Я — твоя жена, а не шлюха, которую ты случайно повстречал в поле. И если ты действительно хочешь меня, то потрудись сначала раздеться сам и раздеть меня, будь уж так любезен!

— Как скажете…

Он было потянулся к ее юбке, но она с криком бросилась в сторону, вскакивая поспешно на ноги.

— Не сейчас, тупоголовый грубиян! На сегодня мне более чем достаточно твоих звериных привычек!

Как это было ни странно, Ранульф даже не обиделся на нее.

Он просто позволил ей уйти, не произнеся ни единого слова вслед.

Он просто лежал и широко улыбался, как самодовольный кот, застегивая ремни нижнего белья.

— Возможно, мне потребовалось достаточно много времени, чтобы осознать, что вы действительно принадлежите мне, — проговорил он с этой сводящей с ума улыбкой на лице. — Однако вы сами подтвердили это, и больше я не буду сомневаться в том, что вы действительно моя.