И только сердце знает

Когда Рогтон, который накладывал себе в тарелку все, что стояло на столе, наконец удовлетворил аппетит, его интерес был полностью поглощен раскованной беседой в мужской компании, собравшейся за нижним столом. Рейна же осталась наедине с леди Рогтон, которая, едва ушел муж, ближе подвинулась к ней. Однако теперь перед ней возникла дилемма, что бы сказать такое, в чем не сквозило явное сострадание, которое внушила ей эта бедная женщина. Однако Рейне вовсе не следовало беспокоиться. Прекрасная блондинка, не подавляемая более присутствием мужа, вовсе и не была нерешительной.

— Мне сказали, что вашего мужа зовут Ранульф Фитц Хью, это правда?

— Вы его знаете?

— Я не уверена, — заколебалась леди Рогтон. — Он высокий, очень высокий и весь словно золотой? Рейна была позабавлена.

— Да. Его можно описать и так.

— Значит, это мой Ранульф! — возбужденно воскликнула леди. — Это невероятно! Ранульф? Лорд Клайдона? Как жалко, что его нет сейчас, но мне сказали, что он в Лондоне, стало быть, там я его и разыщу.

Рейна оторопело уставилась на нее. Женщина что, забыла с кем разговаривает?! И как уверенно она уронила это “мои”. Интересно. Ее поведение совершенно изменилось. Она просто пылала от возбуждения.

— Когда… когда вы знали Ранульфа?

— О! Это было так давно, но он не забыл меня, — засмеялась она, и смех ее был нежен и музыкален. — Несомненно, вы можете догадаться о наших отношениях. Каждая женщина Монтфорда хотела его, ибо он был изумительно красив.

Энн? Господи милостивый! Да это же леди Энн! Шок, видимо, настолько ясно отразился на лице Рейны, что женщина ошибочно предположила:

— А вы не знали? Но вам не стоит переживать из-за этого.

Мужчины, знаете ли, никогда не остаются верны нам. Они оставляют своих незаконнорожденных детей сплошь и рядом. Да Ранульф и есть один из них. — И потом она улыбнулась:

— Именно поэтому я и нахожу настолько забавным то, что он стал лордом Клайдона.

Рейна пригубила вина, надеясь, что это хоть немного ослабит ту безумную ярость, которую она вдруг почувствовала. Что за женщина могла бы сказать подобное жене о ее муже, если бы она, конечно, не надеялась посеять между ними раздор? Уолтер был совершенно прав, рассказывая о леди. Она была просто расчетливой шлюхой под своими сладкими улыбочками и ангельскими взорами.