И только сердце знает

Если свадьба должна была состояться в ближайшее время, чего, несомненно, леди и желала всей душой, особенно после сегодняшнего нападения, то почему же имя более удачливого соперника Ротвелла так надежно охраняется? Если верить Ротвеллу, то отец Рейны никак не мог одобрить того мужчину для роли хозяина Клайдона, стало быть, сам епископ Шеффордский выбрал его в мужья для Рейны де Шампенье уже после смерти ее отца. Ибо ни одной женщине не было позволено заключать для себя союз или разрывать его. Этот гнусный мерзавец, видимо, снарядил целую армию, чтобы получить Рейну, или же нанял отряд воинов, как поступил сам Ротвелл.

Почему же тогда все это время епископ оставлял хозяйку Клайдона настолько незащищенной, ведь если он решил отдать ее другому, то свадьба должна была бы состояться без промедления, ибо пока дело не было завершено, Рейна оставалась лакомым кусочком для любого смельчака, который бы решил завоевать Клайдон.

Ранульф никак не мог, найти ответы на все рождавшиеся в его голове вопросы и решил просто расслабиться.

Ибо в конце концов ему самому нет до этого никакого дела, поскольку в его обязанности входило лишь доставить леди в замок Ротвелла, что он и собирался сделать как можно быстрее. Ему, собственно говоря, было абсолютно наплевать на то, кто станет будущим владельцем Клайдона, получив вместе с ним и Рейну. Он мог всего лишь завидовать такой удаче, ибо Клайдон был действительно великолепен. Единственным недостатком было то, что в довесок победитель получал эту хрупкую, похожую на подростка женщину, отдававшую приказы, как настоящий генерал, но это было не так уж и важно, ибо даже если бы она была уродливой горбуньей, то и тогда она оставалась бы не менее желанной, если, конечно, ей все еще принадлежал бы Клайдон.

Размышляя таким образом, Ранульф совершенно не замечал ни слугу, ни то, что он делал, поэтому он был немало удивлен, когда увидел юношу, стоящего рядом с ним, а его руку с губкой, находящуюся под водой и направляющуюся прямо к его паху… Ранульф напрягся, все еще не в состоянии поверить тем ужасным подозрениям, что родились в его мозгу, — о нет! Этот юноша не мог быть настолько извращен! И в тот же миг Ранульф почувствовал, как рука Тео коснулась его в том месте, где уж он никак не мог позволить.

Все еще надеясь, что ошибся, Ранульф взглянул на юношу и столкнулся с его пожирающим взглядом — чаша его терпения переполнилась, и Ранульф взорвался.