- Не обнимались они, с чего вы это взяли? Граф был почтителен и не позволил себе ни одного неприличного жеста или слова. Да они почти не разговаривали.
- То есть вы солгали, когда заявили, что миледи скомпрометировала себя?
Аранэлла поняла, что проговорилась и замолчала, с ужасом глядя на императора.
- Ваше величество, это не я! Это он, - пальцем в Демьена, - КАР-КАР-КАР!
- Как интересно! А ещё что-нибудь?
- Он и его жена, оба меня КАР-КАР-КАР!
Девушка в испуге закрыла рот ладонью и замерла.
- Что это со мной?
- Скажите, леди, как ваше имя? – император, казалось, наслаждался спектаклем.
- Аранэлла, маркиза де Лоринель, - прошептала девушка.
- Где вы сейчас находитесь?
- Во дворце.
- Какое кушанье вы не любите?
- Арнику в собственном соку.
- А теперь повторите за мной – я очень люблю арнику, - приказал Его величество.
- Я… КАР-КАР!
- Замечательно! – восхитился император, а Аранэлла залилась слезами.
- Итак, что вы говорили Её светлости, пока находились наедине?
- Что она временная жена, что герцог избавится от неё, стоит ей родить.
И что никто этому не удивится, потому что в роду Аламьен с женщинами нередко происходят несчастные случаи. Что герцог любит меня, а она нужна только для рождения наследника.
Император побарабанил пальцами по подлокотнику и воззрился на пунцового маркиза.
- Хорошо же вы, милорд, воспитали вашу дочь! Ваши претензии отклонены. А за попытку оклеветать достойную леди и неумение себя вести в обществе, я отлучаю маркизу от высшего света. Отныне и до моего личного распоряжения ей запрещено покидать родовой замок.
Наймите лучших учителей и попытайтесь исправить то, что у вас выросло.
- Ваше вели…
- Вы покинете дворец немедленно. Маркиз, я глубоко вами разочарован.
- Ваше величество, подождите! Вы же видите, что на мою дочь кто-то наслал заклинание! Это незаконно, она – высшая аристократка, применение без её согласия любого магического воздействия наказуемо!
Император несколько секунд смотрел на расстроенного де Лоринеля, потом перевёл взгляд на рыдающую маркизу.
- Я так понимаю, не одно заклинание, целых два, - прищурившись, ответил Его величество. – Абсолютно гениальные и совершенно мне незнакомые – ни почерк, ни исполнение, ни формула. Но какие полезные!
- Два? – убитым голосом переспросил маркиз. – Тем более, я требую наказания!
- Два. Одно вынуждает леди каркать, когда она собирается соврать, а другое заставляет её говорить без умолку, и только правду, если задать ей прямой вопрос.
