И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

- Ты чего толкаешься? – Делла склонилась над ним, стирая капли спермы со щеки.

- Не успел предупредить, - просипел Стэн. Горло пересохло, и где-то поблизости стоял остывший кофе, но где именно – хуй поймешь. Стэн вяло зашарил рукой в надежде нащупать чашку.

- О чем предупредить?

- Ну и кончай на здоровье. В этом же, собственно, смысл. А толкаться зачем?

Нашарив наконец-то чашку, Стэн торопливо допил остатки. Во рту стало кисло и горько – но хотя бы сушняк прошел.

- Я же тебе в… - наткнувшись на удивленно-насмешливый взгляд, Стэн залился краской от груди до шеи.

– Ясно. Учту на будущее.

И тут до него дошел весь пиздец ситуации: пить кофе и обсуждать технику орального оргазма, вместо того, чтобы…

- Черт! Я мудак, полный мудак, извини, я сейчас, - прижав Деллу к себе, он сунулся под футболку. И обнаружил, что трусов на Делле нет, а между ног у нее мокро, как после дождя.

- У меня вообще-то вторая рука есть, - пояснила она. – Все нормально, выдыхай. ТВОЮ МАТЬ!!!

- Что?! – подпрыгнул совершенно утративший бдительность Стэн, рефлекторно нащупывая в подушках пистолет.

– Где?!

- Вот! – обвинительным жестом Делла тыкнула пальцем в тарелку с объедками штруделя.

- И? В чем проблема?

- Мороженого нет! Пока мы тут кувыркались, его Мелочь сожрала.

- Ну и бог с ней, у нас еще фунт пломбира лежит.

Делла ответила исполненным тоски взглядом.

- Проблема не в том, что у нас мало мороженого. Проблема в том, что у кошки непереносимость лактозы. Завтра у Мелочи понос начнется. С Рождеством, блядь!

К полуночи вымотавшийся до полного нестояния Стэн хотел только одного: лечь и уснуть.

Желательно бы в кровати, но можно и на диване, на полу, в машине, в ванне… В любом месте, где можно принять горизонтальное положение. Но оставался последний рывок – подарки, и сходить с дистанции в такой момент было ну очень глупо.

Поэтому Стэн мужественно сжал челюсти, чтобы не зевать, и поплелся к машине. Несколько часов назад идея оставить подарок в багажнике показалась отличной. Ну сюрприз же, все дела.

Теперь, в начале первого, заебанный в прямом и в переносном смысле Стэн осознавал, что это полная тупистика, но было поздно.

Вытащив из багажника вместительный короб, замотанный в красно-золотую бумагу, Стэн устало потащился наверх. Когда он вернулся, Делла уже стояла в гостиной, прижимая к животу такого же размера коробку, но темно-синюю. По глянцевой, почти черной поверхности текли серебристые искры – как будто с ночного неба тихо сыпался снег.