И в болезни, и в здравии, и на подоконнике

Упрямо выдвинув челюсть и прищурившись, он шагнул в широкий зев «Крайслера» и вылез оттуда, одергивая лазоревую футболку. На лице у Стэна застыла сложная смесь из ужаса, отвращения и восхищения.

- Ну как? – сдавленным голосом спросил он.

- Пиздец! – одобрила Делла. – Кстати, тебе идет.

- Я серьезно вообще-то. Подчеркивает цвет глаз. Мне нравится.

- Ну да. Конечно, - скривился Стэн и галантно распахнул двери «Крайслера». – Твоя очередь позориться.

- Это не позор! – запротестовала Делла. – Это самовыражение! Вызов обывательскому вкусу.

- Ты будешь болтать или переодеваться?

- Подержи! – сунув Стэну пуховик, Делла решительно полезла в «Крайслер».

- Ну ты себе представь. Этот мудак продает дом, там кто-то селится – может, целая семья. А потом все дружно вешаются в гостиной, полным составом. Охуеть будет гирлянда. Так же нельзя!

Да, нельзя. Возразить нечего.

Стэн нахмурился и кивнул.

- И нихрена мы с этим официально сделать не можем. Потому что для принудительного обследования нужны доказательства, а чтобы получить доказательства, нужно зайти в дом.

Ну да. Ебаная бюрократия.

- А знаешь, почему этот обсос не хочет нас в дом пускать? Потому что покупателя потеряет. Спешит. Когда слухи о проклятии расползутся, дом вообще не купят, даже если мы его очистим и справу о безопасности выдадим. Это нормально вообще?

Нет. Совершенно не нормально, - покачал головой Стэн.

- Знаешь, что я хочу сделать?

- Залезу сегодня ночью в дом и все там обшарю! – глаза у Деллы сияли так, будто в голове кто-то врубил портовый прожектор.

Стэн вообразил, как Делла, облаченная в новенькую футболку, вылезает из окна, придерживая здоровенный мешок.

- С ума сошла?! – яростно зашипел Стэн, нервно оглядываясь, как будто ожидал под каждой машиной по копу. – Это взлом с проникновением и кража! Тебя посадят!

- Это если поймают, - жизнерадостно осклабилась Делла.

Впервые в жизни Стэн пожалел, что так и не начал курить. Это был идеальный момент для сигареты: вытащить из пачки, прихватить губами, залихватски щелкнуть старенькой «Зиппо»…

Драматическая, блядь, пауза. Главный герой принимает судьбоносное решение, а зритель грызет пальцы от нервов: откажется? согласится? Здравый смысл или безумие. Порядок или хаос.