И весь мир в придачу

– Но это… разные деньги, – сказала Маруся и вернула ему очки. – Офис на Петровке оплачивает уфологическая организация, а у нее, может, какие-нибудь спонсоры богатые! Фильм и зал оплачивал Воскресенский, а про его деньги мы вообще ничего не знаем.

– Не знаем, – согласился Гриша и задумчиво отхлебнул из выставленного перед ним высокого запотевшего стакана. – А супруга этого Басалаева, как ее?..

– Маргошка, – подсказала Маруся. – То есть Маргарита.

– …У которой он собирался все отнять или уже отнял.

– Вот ты смеешься, – сказала Маруся, – а может, все так и было! Он же на самом деле умер!

– Вот именно. Он страшно разволновался и умер. И мы даже не знаем от чего. Сердце не выдержало. Или, может, от чего другого!..

Гриша подтянул с пола рюкзак и стал в нем копаться – Маруся терпеть не могла эту его привычку! Она даже на бармена опять посмотрела, уверенная, что теперь-то он станет презирать их в десять раз интенсивней.

Гриша выудил из рюкзака потертую записную книжку, отлистал на чистую страницу, поставил цифру 1 и коряво вывел: «Воскресенский», потом отчеркнул, поставил цифру 2 и написал: «Маргарита». И вопросительно посмотрел на Марусю.

– Деньги, – подсказала она. – Тебя интересовало, откуда деньги!

Гриша написал: «Откуда деньги».

– Хорошо бы свидетелей разыскать, – Маруся притянула к себе книжицу и написала каллиграфическим почерком: «Свидетели».

– Это какие же?"

"– Может, в планетарии кто-то видел, как умер Юрий Федорович. Ну, случайно!.. Может, мимо проходил или из дверей подглядывал. Там с одной стороны туалеты, а с другой – дверь, и написано: «Только для персонала». Ты не обратил внимания?

Гриша покачал головой: не обратил.

– Про свидетелей не очень понятно, – задумчиво проговорил он, – а вот узнать, как Басалаев попал в планетарий, хорошо бы.

– Васильченко, – подсказала Маруся.

– …А он вряд ли с нами будет откровенничать. – Из ее чашки Гриша отхлебнул капучино. На верхней губе у него остались молочные усы. – Он отчего-то нас невзлюбил.

– Это он вас невзлюбил, – поправила Маруся. – Вы недостаточно восторгов выразили по поводу теорий великого Юрия Федоровича.