И вкус тьмы на губах

Кромешник оставил меня, не скрывая своего недовольства. А уж как я была недовольна! Не передать словами.

Как можно позабыть женщину, которую не выпускал из постели несколько дней? Ту, которая умирала и возрождалась в твоих объятиях бессчетное количество раз? Женщину, которую заставил принять брачный браслет рода?

Кстати, о нем. Я могла бы предъявить его как доказательство наших особых отношений. Но стоило ли навязываться мужчине, который не помнит тебя и вдобавок на что-то злится? Нет, ни за что!

Экспериментальное платье без рукавов, и я решила снять браслет, чтобы спрятать в спальне.

Была мысль подбросить его в библиотеку. Нет у меня браслета – нет доказательства, что между нами что-либо было. Гордость атаковала меня недолго: отказаться от семейного артефакта – несусветная глупость.

Да и не получилось бы сделать это, браслет отказался слезать с руки!

– Самый хитрый, да? – Докатились, я разговариваю с артефактами! – Да не собираюсь я избавляться от тебя! Просто хочу спрятать, чтобы не заметили те, кому не положено.

Странное дело, браслет потеплел и исчез…

Нет, переместился с запястья на щиколотку левой ноги.

Решив проблему хотя бы таким образом, я закончила приготовления. Справилась с платьем, макияжем и прической я своими силами, хотя кронпринц и предлагал прислать мастеров красоты из столицы. Уж не знаю, почему отказалась. Не то настроение? Привыкла сама выполнять нехитрые действия? Когда ты бытовой маг, умеешь почти все, и привести себя в надлежащий вид трудности не составляет.

Серебристо-алое, переливающееся платье с юбкой-колоколом длиной до пола прекрасно село по фигуре. Волосы я собрала в несложную высокую прическу, скрепив ее гребнем с рубинами. Серьги из комплекта, платиновый кулон в форме скалки я также не сняла. Его большая товарка заняла свое место в ридикюле – главное оружие девушки должно всегда быть под рукой.

Виктрэм дожидался у подножия лестницы. Красивый, гладковыбритый шатен с невероятными золотыми глазами встретил меня искренней улыбкой, и мое бедное сердце чуть не остановилось от потрясения.

Кромешнику безумно шел элегантный темно-вишневый костюм с черным шейным платком и ослепительно-белая рубашка.

– Леди Джун, вы восхитительно прекрасны, – произнес он бархатным баритоном, вызывая приятную дрожь во всем теле.

Целуя руку, он заметил реакцию – и тут же выпустил мою ладонь. Словно обжегся.