Таким образом, единственный видимый человеческим глазом Миллз остался один на опустевшем поле и при отсутствии иных претендентов облачился в мантию коронера графства. Он и возглавил дознание по делу о несчастных костях Инока Сайкса."
"Слушание в новом здании суда проходило при огромном стечении публики, и, хотя теперь вновь шла война, уже другая, на сей раз коронер обошелся без поучений. Ему нравилось выступать перед полным залом.
Мистер Миллз был маленьким тучным человечком с гладким багровым лицом африканского типа, толстыми бесформенными губами и почти лысой головой, если не считать короткой щеточки волос за ушами.
Он носил крупное пенсне на толстом шнурке, а большие глаза с желтоватыми, налитыми кровью белками почему-то напомнили Литтлджону красные апельсины-корольки. Человек тщеславный, коронер держался напыщенно и любил слушать собственные речи. Он открыл заседание небольшой проповедью об ошибках, которые совершают люди.
– Вот человек, кого осудили как коварного трусливого убийцу, – начал Миллз.
– Когда-то его признали виновным присяжные, похожие на тех, что сегодня защищают его в суде. Инок Сайкс долгие годы носил на челе печать Каина, клеймо позора и проклятия, а оказался безвинной жертвой той же подлой руки неизвестного злодея. Это призывает нас к осторожности и показывает, сколь важно на подобном слушании судить разумно и беспристрастно.
Коронер подчеркнул, что его покойный друг и предшественник, мистер Баттеруорт (Миллз почтительно склонил голову, так что каждому в зале стало ясно: будь на нем шляпа, он бы ее снял), советовал присяжным вынести открытый вердикт.
Какой мудрый совет! Более того, пророческий. Далее мистер Миллз заявил жюри, что на сей раз не потерпит никаких глупостей, затем сел и откинулся на спинку кресла, будто ожидал восторженных оваций. Рукоплесканий не последовало, и дознание началось.
Найденные останки принадлежали Иноку Сайксу, чему нашлось немало доказательств. Например, на большой берцовой кости остались следы перелома.
Мать жертвы припомнила, что в детстве Инок упал на школьном дворе и сломал ногу. Опознала она и кольцо на пальце скелета. Оно принадлежало прежде отцу покойного, Иноку Сайксу – старшему. Женщина узнала и серебряные охотничьи часы своего мужа. Эти часы, как и кольцо, она подарила Иноку-младшему на двадцать первый день рождения. Пробитые дробью, они остановились на пяти сорока пяти. Как видно из старых отчетов, в это время прозвучал первый выстрел.
