И замок в придачу

Но только попав в этот замок, я по-настоящему убедилась в том, что у художников очень тонкая душевная организация, а нервы и вовсе постоянно на пределе. Да только как-то мне не приходилось задумываться над тем, а пишет ли этот самый обморочный художник картины. И уж тем более я не подозревала, куда эти самые картины деваются.

Ну что? Я могла себя поздравить: его работы я нашла. И вот кто бы подозревал, что из всего этого призамкового цирка именно художник окажется самым адекватным?

Светлые ткани, наброшенные на полотна, я сдирала одну за другой, обнажая целую историю, о которой никто не мог рассказать, но кто-то особенный догадался нарисовать.

Если бы меня привели сюда раньше, сколько нервных клеток можно было бы сберечь!

Красивый замок, который легко можно было узнать по характерно выраженным башням и взлетной площадке, на первом полотне предстал в каком-то чересчур мрачном образе. Темные тучи сгустились над ним, а тени будто подбирались ближе, желая заполучить, захватить этот замок.

На следующем полотне застыл надменный красавец с волевым подбородком и длинной шпагой.

Его глаза как-то странно подсвечивались желтыми огнями, а вокруг него полыхал огонь. Чуть дальше этот же красавец стоял уже в сопровождении первой маркизы, чей портрет я лично вытурила из кабинета. Причем стоял он, опираясь на одно колено и протягивая мадмуазели большущее такое колечко. Браслет, что ли? Или кольцо не по размеру выбрал?

Дальше композиция разительно менялась. В том смысле, что широкоплечего красавца след простыл, а на полотне во весь рост стояла маркиза в черном одеянии.

В ее глазах горел огонь. Вокруг нее горел огонь, а на губах застыла дьявольская усмешка. Такая натуральная, что меня еще раз передернуло от холода.

Следом картины, грубо говоря, повторялись. Маркиза с новым мужчиной, который теперь уже, видимо, имел или водную, или воздушную магию. Просто вокруг него разливалось голубое сияние, которое перекочевало на новый портрет маркизы, поделив полотно с огнем. Еще одна — зеленое сияние, и снова маркиза в траурном наряде в окружении магии.

А вот дальше картинки менялись. На меня смотрел Беральд — будто живой. Такой радостный, даже счастливый, определенно с военной выправкой. Здесь белоснежный костюм шел ему просто невероятно, но взгляд мой уже припал к следующему полотну.

Рейалин. О да. Драконище стоял в окружении своих спутников. Пятеро красавцев, пятеро драконов с узкими вытянутыми зрачками, но мой драконище заметно выделялся на фоне других.