Я буду ждать тебя (СИ)

Пережить вечер в компании ее родителей, а возможно и всей семьи. Что-то мне подсказывает, что все Князевы сегодня в Париже появятся. А значит быть огромной беде, которая быстро перерастет в катастрофу, так как только дочери этой богатой четы нормально относятся к моей персоне. От чего не покидает ощущение очень плохого предчувствия.

На часах около семи вечера по местному времени. Чуть прохладно, но не так сильно, чтобы замерзнуть. Внутри тела готова разразиться буря эмоций, и смести все на своем пути, ведь мы с Кристиной как раз подъехали к родительскому дому, который они приобрели несколько лет назад, чтобы было, где остановиться во время пребывания в Париже.

Сидящая около меня на заднем сиденье такси девушка с сияющей улыбкой на лице выскакивает на улицу и тут же оказывается в нежных объятьях своей дорогой мамочки. Дорогой как в прямом, так и переносном смысле. Ведь Крис любит эту женщину, несмотря на наличие у нее алчного характера.

Вероника Юрьевна предпочитает роскошь и богатство, ни в чем себе не отказывает, тратить баснословные деньги на всевозможную фигню, являющуюся для нее чем-то важным.

Шикует день ото дня, глядя свысока на тех, кто является ниже нее по статусу. Зажравшаяся барыня, считающая всех остальных своими холопами в рабстве. Практически полтинник стукнул, а все молодится, строя из себя продвинутую деваху с брюликами в ушах и ключами от новенькой иномарки в руках. Она уже седеть начала после сорока лет, поэтому и носит всевозможные парики, вкалывает в себя тонны ботекса, намазывает лицо толстым слоем омолаживающих кремов. В общем, делает все, лишь бы тело не старело.

Смотрю на них с дочерью сквозь окно такси, не решаясь выйти к ним. Нет, я совсем не трус и способен встретиться лицом к лицу с этой семейкой. Просто нервы-то для меня дороже. Вот бы принять прямо сейчас таблетку успокоительного, чтобы было параллельно на все, что будет происходить. Но, увы и ах, такого лекарства у меня нет с собой. Поэтому благодарю водителя за прекрасную поездку (он правда аккуратно нас вез), поправляю воротник долбанной рубашки (ради девушки ее надел) и выхожу из машины, нацепив на лицо вроде как искреннюю улыбку.

Такси уезжает, подняв небольшой столб пыли, я же подхожу к двум совершенно разным женщинам, что стали частью моей жизни.

— Добрый вечер, Вероника Юрьевна, — здороваюсь со все еще стройной дамой в длинном черном платье, глядящей на меня с некоторой долей презрения. Ну, к такому в этот семейке я привык. — Прекрасно выглядите.