Я ее забираю (СИ)

Она проникала в меня, раздражала каждый нерв, дёргала за ниточки, и это доводило меня до белого каления, превращало из человека в ведомого одними инстинктами зверя.

— Кобра! Кобра! — донеслось из зала, ещё сильнее натягивая нервы. — Кобра! Кобра! — Как наждачкой по коже, по мозгам.

В сплетении голосов я пытался уловить лишь один — её, но не мог. Не мог, потому что она молчала, и это, чёрт возьми, было хорошо. Хорошо… Только я, блядь, хотел! Хотел слышать её звонкий голос, её акцент, хотел…

— Ничего личного, — прорычал я, глядя в глаза сопернику.

Не знаю, расслышал ли тот хоть что-нибудь перед тем, как я, стремительно сократив расстояние между нами, осыпал его градом точных, быстрых ударов.

Люди приходили сюда посмотреть на бой, на зрелище, но сегодня обещать этого я им не мог. Удар под рёбра, в челюсть, ещё раз… Только не смотреть в зал. Не смотреть в зал, чтоб её!

Кружа по рингу, я снова и снова повторял себе это, а перед глазами висела красная пелена, на фоне которой чётко прослеживался её силуэт.

Обернувшись, я нашёл взглядом нужный столик. Едва успев уловить движение возле себя, блокировал удар и тут же, разъярённый, пошёл в атаку. Пора было заканчивать с этим дерьмом. Бок ныл, мышцы сводило, а красная пелена перед глазами раскрашивалась белыми всполохами. Столик у стены, Марика в сопровождении какой-то короткостриженой шлюхи и…

— Сука! — вырвалось у меня.

Из разбитой брови соперника брызнула алая, дразнящая запахом металла, кровь. Боль смешивалась с усталостью, зал ревел, время от времени до меня доносились отдельные выкрики и свист.

Столик у стены… Пальцы высокого крепкого мужчины, лежащие на плече Марики. Её мягкая полуулыбка. Глядя на него, она что-то говорила, и я видел, как шевелятся её губы. Подошедшая к столику с бокалом вина официантка… Удар, ещё один, ещё, до тех пор, пока не услышал вырвавшийся из груди противника хрип.

Тяжело дыша, я отступил к краю ринга. По лбу и вискам стекали капли пота, скула была рассечена нахрен. Стиснул зубы, глядя, как рискнувший выйти против меня сегодня боец, придерживаясь за канат, пытается собраться. Знал, что шансов у него нет, что при желании я добью его одним ударом, но мне было мало. Всё во мне требовало схватки, разрушений. Кровь, пот, грязь…

Пауза длилась слишком долго. Слишком. Запястьем убрав со лба прилипшие волосы, я сощурился.