Я ее забираю (СИ)

Его тон, его ощупывающий взгляд, запах. А ещё татуировки и дорожка тёмных волос, убегающая под пояс джинсов. Стальные мышцы, широкая грудь с тёмными кружками сосков…

Макс сделал шаг ко мне, и я с трудом сдержалась, чтобы не отступить. Чем ближе он подходил, тем сильнее становилось ощущение опасности и то непонятное, что я испытывала рядом с ним. Глаза его недобро блеснули.

— Считаю? — вкрадчиво переспросил он, оказавшись от меня на недопустимо близком расстоянии. Вся моя выдержка была направлена только на то, чтобы не выдать себя, но ему, кажется, дела до этого не было.

Сощурившись, он протянул руку и схватил меня за лямку платья. Рванул на себя. Втянул носом воздух у моего виска. Глухо, почти неслышно зарычал, но от этого звука у меня по телу пробежали мурашки.

— Прекрати, Макс! — выдавила я, пытаясь отпихнуть его.

— Н-да, считаю… — грубоватый смешок у меня над ухом. В то же мгновение он прихватил мочку зубами, прикусил. Отпустил лямку и сгрёб мои волосы. — Считаю, Марика, — глядя мне в глаза, всё так же вкрадчиво выговорил он.

Сглотнув, я опять попробовала оттолкнуть его, но проще, наверное, было сдвинуть с места скалу. Большим пальцем он поглаживал мою голову и всё смотрел — внимательно, как будто думал в этот момент о чём-то.

Прошло не меньше минуты, прежде, чем он отпустил меня. Я отшатнулась, в очередной раз сбитая с толку происходящей внутри меня борьбой. Отвернувшись, он принялся расстёгивать джинсы.

— Что ты делаешь? — опираясь ладонью о стену, выдавила я.

— Наберись терпения, Марика, — не глядя на меня, усмехнулся он, мне же оставалось только наблюдать за тем, как он снимает джинсы.

Боже! Крепкие ягодицы, бёдра… Низ живота снова щекотнуло теплом, и я заставила себя отвернуться. Не смотреть на него! Не смотреть, не касаться, а ещё лучше — не дышать возле и не подходить к нему ближе, чем на три метра.

Выходя в зал в сопровождении всё того же коренастого мужчины, я ожидала увидеть всё, что угодно. Всё, что угодно, кроме…

— Это же ринг, — замешкалась я, разглядывая огороженную канатами площадку в самом центре.

По бокам вдоль стен стояли маленькие и чуть побольше — человек на пять — шесть столики. Тёмно-коричневые и бежевые диванчики, массивные деревянные стулья. Женщин в зале почти не было. Бегло осмотревшись, я увидела только двух, да и то в компании мужчин. Одна из них, откинувшись на спинку стула, с почти вульгарной небрежностью подкурила сигарету и, выпустив тонкую сизую струйку, сделала глоток вина.