Особое внимание староста уделил кухне: здесь он заменил все, кроме печки, поставил два холодильника, морозильную камеру, микроволновку, газовую плиту и даже посудомоечный агрегат. К вопросам питания Степаныч, как можно было догадаться, взглянув на него самого, относился серьезно. К моменту, когда явилась нанятая повариха, здесь уже было все необходимое, чтобы накормить два десятка человек. Часам к пяти тягач доставил вагончик-бытовку. В нем Смушко пока определил место охраннику. В дальнейшем он намеревался передать для этой цели один из сараев.
Что бы там ни говорил отец Егорий, а береженого и Бог бережет. И так староста уже корил себя, что бросил Потмакова одного. Ну что ему стоило заказать пару охранников? Посидели бы ребята в машине неподалеку, заработали бы по полста баксов, а так одному Богу известно, что тут ночью творилось. Стол с непонятно чем оставленными бороздами Степаныч выбросил. Кочергу подарил одному из грузчиков.
Убедившись, что все при деле, староста отправился обследовать пустырь.
Предстояло выбрать место, где на этой неделе начнут монтировать временный дом для столовой. Смушко хотел немедленно застолбить участок и уже через пару недель накормить первых нуждающихся. Во-первых, это будет приятно отцу Егорию, во-вторых, при правильном подходе, не даст городским чиновникам, уже сказавшим «да», пойти на попятный. Пустырек этот Степанычу ой как приглянулся. Здесь можно и столовую, и приют отстроить, и приличную церковь возвести, не хуже, чем на старом месте.
Общинных средств, конечно, на все не хватит, но, если они с батюшкой возьмутся за дело, в благотворителях нехватки не будет. Правда, вместо того чтобы возводить новую церковь, Степаныч предпочел бы восстановить старенькую, за проспектом Художников. Та хоть и заброшенная, полуразвалившаяся, но фундамент крепкий, да и стены в основном ничего. Но отец Егорий «восстановления» не одобрял. «Строить надобно, — говорил он. — Новое строить». Верно, конечно, но ведь насколько дороже!
Забор докрашивали уже при свете фар.
«Двор надо осветить, — подумал Смушко, — но это уж завтра». К восьми вечера, когда отец Егорий покинул свою «келью», рабочих Степаныч уже отпустил.
И теперь мог с удовольствием демонстрировать результаты. Сантехника отца Егория интересовала мало, но перестановки в гостиной он одобрил. И то, что телевизор при необходимости можно упрятать за ширмой, и то, что деревянные панели, откидываясь, образуют вдоль стен скамьи.
