Я – инквизитор

— Да, — опомнившись, согласился отец Егорий. — Не подобает. Прости, Господи! Прости и ты, брат! А я милостыню творил и творить буду! Может, зачтет мне Бог, когда за тайные дела ответ держать стану!

— Не злые же дела! — возразил отец Серафим. — Для Бога и они!

— Силой на силу — не по-христиански это! — сказал Игорь Саввич. — По-христиански же — милосердием гнев человеческий умерять!

— Милосердие да непротивление для сильного хорошо! — возразил отец Серафим. — У слабого же непротивление трусостью называется! Вот наберем силу, тогда сможем и без насилия веру укреплять! Не я один так думаю.

И ты вроде бы со мной согласен был?

— Да не с этим же я согласен! Двойной грех: свой недуг на иного, менее крепкого, перекладывать! Вот что я думаю!

— Думай что хочешь, — сказал отец Серафим. — Только от дела не отступись!

«Нет больше любви, если кто душу положи за други своя!» — напомнил себе отец Егорий. А вслух сказал:

— Адрес-то дай ведьмин. Домой поеду. Пятый час уже.

До Всеволожска ехали больше часа.

Минут сорок пять — по городу, в машинной толкотне, в бесконечных объездах и переездах. Когда же выехали на Дорогу жизни, Петя дал волю мотору, и неказистая на вид «Волга», взревев, принялась пожирать километры не хуже «мерседеса». К сожалению, ни шины «Пирелли», ни могучий движок, ни дисковые тормоза не заменят настоящей фирменной подвески. На гладкой (для России), только что заасфальтированной дороге пассажиров мотало, как пьяного в грузовике. К счастью, километров этих до Всеволожска было всего ничего.

Притормозив у перекрестка, Петя развернул карту, показал отцу Егорию:

— Ваша вот эта, средняя девятиэтажка. Подвезти или пешком пройдетесь, как обычно?

— Пешочком, — сказал отец Егорий. — А то эдак и ходить скоро разучимся.

Петя улыбнулся, Ласковин — нет. Он предпочел бы проехать до нужного подъезда, а не брести по обледеневшим колдобинам под холоднющим ветром.

— Я вас там подожду, — сказал Сарычев, указывая вперед. — У забегаловки. А то, может, к дому подъехать? — И подмигнул Андрею.

Ласковин с Петром неплохо сошлись. Настолько неплохо, что Сарычев предложил походить с ним в закрытый для простых смертных тир и, обнаружив, что стреляет Андрей, как старушка пукает, взялся за его обучение. Взамен Ласковин показал Пете парочку простых, но эффективных айкидошных захватов-бросков и починил японскую магнитолу. Оба «телохранителя» отца Егория прониклись друг к другу уважением. Хотя при первой встрече взаимной симпатии не испытали.