Я люблю тебя

Снимаю трусики, оставляя их среди простыней, теперь я полностью обнажена ниже талии, ласкаю ноги, раздвигаю их перед ним, затем медленно провожу руками вверх и кладу одну из них на половые губы, которые открываются под моим касанием. Другая рука продолжает подниматься по животу, по груди, до самого рта, который жадно принимает ее. На пальцах – мой вкус, и мне нравится это. Запускаю пальцы внутрь и двигаю ими вперед-назад, словно желая обнаружить точное расположение места, где таится мое удовольствие.

Вздрагиваю, но чувствую, что пальцев недостаточно, чтобы открыть врата оргазма. Мне хочется большего. Хочу почувствовать грешное ощущение заполненности. Леонардо продолжает наблюдать за мной, но не двигается. Он как окаменел: хочет меня, но знает, что сейчас он должен позволить мне сделать все самой. Протягиваю руку к тумбочке и ищу бутылочку его парфюма амбры. Вот она. Она в моей руке вместе с мыслью о нем. Маленькая изогнутая бутылочка из матового стекла в форме удлиненной капли, как в античные времена.

Она гладкая и прохладная, твердая и полная сюрпризов. Скольжу ею вдоль живота, описывая окружность вокруг пупка, затем вниз, останавливаю с нетерпением на клиторе и продолжаю двигаться еще ниже. Я готова принять ее.

Медленно вталкиваю ее внутрь мягкими круговыми движениями, которые постепенно расширяют все во мне. Это несложно, она входит в меня, даря острое наслаждение. Затем начинаю двигать ею вперед и назад, вверх и вниз сначала медленно, затем все быстрее, до тех пор пока не чувствую ее глубоко внутри.

Еще мгновение, и она становится каплей, переполняющей мою реку.

Я теряю контроль, забываю о нем и даже о себе самой. Сноп света взрывается, и я попадаю в затаенный уголок моей души, где боль и страх прошлого сливаются, уничтожаемые абсолютным удовольствием этого момента. Я наращиваю ритм толчков и полностью забываюсь. Стону и кричу, как никогда. Сжимаю бедра и напрягаю мышцы, чтобы получить все больше удовольствия, до предела.

Я ощущаю всепоглощающий оргазм, тот самый, который все мужчины, бывшие со мной в течение всех этих месяцев, не смогли мне дать, тот самый, который я больше не в состоянии была чувствовать, который теперь вырвался без тормозов: изо рта, из моего лона, из глаз, из моей горячей кожи.

И все это происходит при немом присутствии Леонардо: перед его глазами в этот момент разворачивается извращенный и завораживающий спектакль.