Я не сойду с ума

Я объяснила ей, что это как сосать из бутылки. Ну а что еще мне было сказать? - Ее лицо исказилось от ярости. Никогда не видел ее такой злой. - Сначала она спокойно сосала. Это было здорово. Молоко прилило, совсем как с Коулом. Я такого не ожидала. Она пила несколько минут, а потом знаешь, что она сделала? - моего ответа Ханна не ждала. - Она посмотрела на меня. Прямо в глаза. И укусила. Не легонько. Впилась зубами изо всех сил. - Она сняла пакет льда с левой груди. - Видишь, что она сделала?

Вся грудь распухла, вокруг соска был огромный синяк, и внизу ряд швов.

- Шесть швов. Шесть! Она чуть не откусила сосок.

- Господи, - я не знал, что еще сказать. У меня голова закружилась. - Мне надо присесть.

Я опустился на стул рядом с ее кроватью. Накрыл голову руками, пытаясь осознать увиденное и услышанное. Что не так с Джейни? Я читал о детях с реактивным расстройством привязанности. Но подобного я не встречал, ничего похожего.

- Где дети? - спросил я.

- Элисон с ними дома.

Я шокированно склонил голову.

- Я серьезно. Она не должна узнать, что стряслось. Меня это убьет.

Не надо смущаться. Она не сделала ничего постыдного. Я хотел ей это сказать, но ее сейчас так легко взбесить, что я решил не рисковать, все, что я говорил и делал, ее злило. Я ничего не мог сделать правильно. Никто не предупреждал, что так будет с новорожденным.

Телефон снова завибрировал. На этот раз Дэн. Я был ему нужен.

Она махнула в сторону двери.

- Иди. У меня все хорошо. Тут больше ничего не поделаешь. Швы мне наложили. Я просто жду выписки.

- Точно? Не хочу тебя здесь оставлять.

- Точно. Не знаю, что буду делать, когда вернусь домой. Не хочу видеть ее, - от нее исходила ярость.

- Я поговорю с Джейни вечером, - сказал я, целуя ее в макушку, - и прямо сейчас позвоню доктору Чэндлер.

- Иди. Я ни с кем из них не хочу говорить.

По дороге домой у меня голова шла кругом. Ханна написала; когда приехала домой, но остаток дня я ничего от нее не слышал. Я стал хирургом, потому что мне нравилось чинить людей, и выбрал ортопедию, потому что это легко. Кости - как осколки стекла. Они бьются, ты их склеиваешь. Я хорошо умел чинить вещи. А сейчас не знал, как все исправить. С каждым днем становилось только хуже, я никогда не чувствовал себя таким беспомощным.