Я не сойду с ума

Не спуская с нас глаз, словно призывая рискнуть сдвинуться с места, она царапала стекло ногтями.

- Я это сделаю. Клянусь, я сделаю. Кристофер, отойди.

Голос сзади произнес:

- Позовите психиатра.

Я хотела кричать, но звуки застревали в горле. Я описалась, между ног было мокро. Глаза распахнулись. Я попыталась пошевелиться, но не смогла. Руки и ноги у меня были связаны. Я попробовала вывернуться, без толку. Мне не освободиться. У меня болела спина.

Я осмотрелась по сторонам в поисках хоть кого-нибудь, кто может помочь.

Вокруг только четыре бетонных стены и флуоресцентные лампы на потолке. Ни окон, ни дверей. Меня оглушил запах больницы. Сердце колотилось, словно сейчас взорвется. Я вся покрылась потом. К горлу подступила паника.

Это сон. Тебе приснился кошмар.

Я заставляла себя дышать.

Все это неправба. Проснись. Просто проснись.

А потом они вернулись. Воспоминания хлынули в мое сознание разрозненными вспышками: Коул в больнице, мои крики, чужие лица, глядящие мне в глаза. Я потрясла головой, пытаясь разогнать мысли.

В горле пересохло, так что было больно глотать. Мышцы затекли, я не могла пошевелиться. Сколько я здесь уже?

По щекам невольно потекли слезы. Заплаканная, я уснула.

Когда я проснулась, ничего не изменилось. От флуоресцентных ламп над головой разрывалось сердце. Я повернулась на бок. Тут я заметила маленькую красную лампочку в верхнем углу, которую не замечала раньше. За мной следят.

Я было закричала, но сразу же себя оборвала. Что они сделают, когда войдут в комнату? Я снова запаниковала.

Мучительно было не иметь возможности двигаться. Ремни врезались в лодыжки.

Мне очень хотелось пить. Никогда мне еще так не хотелось пить. Зубы прилипали к губам, частички кожи отрывались, когда я пыталась их разъединить.

Позади открылась дверь. Я замерла. Вокруг послышались шаги. А потом надо мной склонилась она, внимательно смотря на меня, - женщина, которую я раньше не видела, но непременно запомнила бы, она была потрясающе красивая. Такое лицо невозможно забыть: высокие скулы, длинные, словно искусственные, ресницы, идеальные пухлые губы.

Она положила руку мне на лоб.

- Как вы себя чувствуете?

Я попыталась что-то сказать, но голоса не было. Он высох от жажды.

- Вы хотите сесть? - спросила она.

Я с энтузиазмом кивнула.

Она развязала мне левую руку. Я повертела ею, радуясь свободе. Тогда она сняла ремень с правой. Она взяла меня за руки и помогла сесть на столе. Руки были исполосованы красными царапинами.