Я не выйду за варвара (СИ)

Это был его оруженосец.

— На сколько мне известно, — деловито заявил он, — Вам не назначено. Его Высочество занят. Если у Вас есть какие-то вопросы к Эрлу Витторио, говорите — я передам.

— Насколько Вам известно? — иронично повторила я, — Я не должна оповещать Его Высочество о своих визитах через секретарей-оруженосцев. Я прихожу тогда, когда изволю. Немедленно оповестите Эрла Витторио о моем визите. — отступать в мои планы не входило.

— Хорошо. Подождите здесь. — стушевался он под моим праведным гневом.

Оруженосец принял верное решение — не злить меня еще больше, сбросив весь удар на своего Эрла. Не прошло и минуты, как он снова объявился.

— Его Высочество не разрешил мне пропустить Вас. Так что…

— Почему? Он что-то передал мне? — нетерпеливо перебила его я.

Ну да. Разве могло быть иначе. Даже через оруженосца разговаривать не хочет.

— Я никуда не уйду, пока не поговорю с ним! — нервы уже на пределе. Срываюсь на крик. — Пропустите меня!

И я начинаю своей первый в жизни штурм.

Одна. Против отряда нордорийских воинов и против всего мира.

Этот день сулил быть таким же монотонным, как и все предыдущие. С утра молитва в Главном Храме столицы, затем тренировка в армейский корпусах вместе с пехотинцами, ревизия корпуса артиллеристов, встреча с главой внешней разведки во время завтрака, подготовка указов на подпись Его Величества и все это до девяти утра. А к одиннадцати часам мы должны были быть уже во дворце.

Свита, приставленная ко мне Джорджем, пока еще не совсем привыкла к такому насыщенно распорядку, а потому воины по пути во дворец то и дело шныряли, рискуя провалиться в сон прямо в седле.

По прибытию один все-таки не выдержал и задремал в моем кабинете прямо посреди совещания, облокотившись на спинку кресла.

Я аж запнулся от такой наглости, когда заметил, что юный Эндрю преждевременно покинул собрание, удобно расположив на груди подбородок. То, как резко я умолк, не могло остаться незамеченным. Присутствующие с нескрываемым интересом проследили за моим взглядом.

В комнате повисла тревожная тишина на пару секунду, но я неожиданно прервал ее, продолжив свой монолог, будто ничего не случилось. Все снова обратили внимание на меня, позабыв о сладко сопевшем Эндрю.

Как наследному Эрлу, мне, безусловно, следовало наказать наглеца по всей строгости законов Великого и Бескрайнего Севера, но, ей Богу, разве я мог так поступить с мальчишкой? Влюбленным шестнадцатилетним мальчишкой.