Я не выйду за варвара (СИ)

 — сухо ответила я, понимая, что это только начало.

— Вы достигли детородного возраста? Я удивлена. Вы очень молодо выглядите, Ваша худоба… Вы всегда такой были? — ее очень волнует смогу ли я родить?

— Нет, я немного похудела в последнее время.

— Вы были замужем ранее?

— Нет, Ваше Святейшество.

— Вы уже были с мужчиной? — я аж водой поперхнулась.

Мои замужние подруги говорили, что свекровь — это не подарок, но не настолько. Императрицы, увы, тоже не лишены такой участи. У меня не обычная свекровь свекровь, а королевская, да еще и в квадрате, то есть бабушка.

Интересно, их мать была такой же?

— Как я могла быть с мужчиной, если я не была замужем? — возмущаюсь я.

Ее вопросы оскорбляют меня. Как она может так думать обо мне?

— Не поймите меня неправильно. Одним Богам только ведомо, какие нравы у столичных аристократок. Я должна быть уверенна, что мой внук будет воспитывать дитя из династии Хангвул, а не…

— Да как Вы смеете?! — не выдерживаю я, поднимаясь со стола.

— Вы забываетесь с кем говорите, герцогиня Бенкендорф-Айвори.

Да за такое Вас следует высечь…

— Эрлин! — перебивает ее Джордж.

Та вмиг меняется в лице.

— Простите, Ваше Величество. — извиняется она.

Не ожидала, что Его Величество заступится за меня. Сюрпризы не заканчиваются и льют сегодня, как из рога изобилия.

— Ее Светлость устала. Мы пойдем с ней подышим свежим воздухом. — сообщает он и уводит меня на балкон от этого воина в длинной юбке.

Ночная прохлада освежает. Мне сразу становится немного легче. Не думала, что скажу это, но я благодарна Джорджу.

За этот скоропостижный побег. И это только первый совместный ужин. Моя решимость, коей я была полна еще с утра после визита Витторио, затуманивается гневом.

— Ваше Величество, — обращаюсь к Джорджу. — Я хочу предложить Вам сделку. А что если поменять нас с Каролиной местами? Вам же ведь нужна женщина из рода Бенкендорф. В моей сестре тоже течет императорская кровь.

Глава 54. Разговор по душам

— Ваше Величество, — говорит мне Анна Аврора.

Она не балует меня своим вниманием.

Лишь самую малость, не более, чем того требует дворцовый этикет. Но, чувствую, сейчас дело вовсе не в нём. Ее тихий певучий голос вот-вот треснет от напряжения, превращаясь в крик боли и отчаянья. Ей приходится приложить немало усилий, чтобы сдержаться. Да и было бы что там сдерживать? Много ли того нрава в этой невинной девушке, еще вчера игравшей в куклы?

Смешно, говорить о ней так. Мы ведь ровесники. Мне тоже семнадцать, пусть с виду и не скажешь.