Я отведу тебя в место силы...

Разъяренный парень грязно выматерился и, развернувшись, снова кинулся на мужчину. Тот опять увернулся, но, похоже, алтаец зацепил-таки его по ребрам, исторгнув из его горла глухой стон. Он покачнулся, но устоял на ногах. Айсулу вскрикнула и прижала похолодевшие пальцы к лицу.

Эркин, ободренный удачным ударом, возобновил атаку. Но еще один пинок с разворотом, достойный хорошего бойца тхэквондо, показанный как-то Чимину умницей Чонгуком, выбил биту из рук алтайца, заставив его зашипеть от боли в ушибленных пальцах.

А Чимин одним прыжком подлетел к забытому на траве мольберту и, подхватив его, мощно рванул на себя свободную ножку. Та с жалобным скрипом рассталась с мольбертом и осталась в руке мужчины, демонстрируя всему миру торчащие гвозди. Парень перевернул палку другим концом и перехватил двумя руками, как меч.

Глаза обоих мальчишек стали огромными, а рты приоткрылись в немом изумлении. Но Эркин в пылу драки ничего уже не видел вокруг себя, кроме ненавистной фигуры чужака. И снова и снова бросался на него, пытаясь достать кулаками.

Словно во сне, Айсулу смотрела на друга детства (теперь уже бывшего, она ясно осознала это именно в последний момент) и как будто наблюдала сцену из какого-нибудь американского боевика, коих великое множество посмотрели они в детстве с братом и этим самым Эркином, который казался сейчас девушке абсолютно чужим незнакомцем.

И она увидела, что Чимин не просто лупит парня палкой. В его движениях проглядывала странная система, настоящее искусство боя. Лицо мужчины было сосредоточенным, каким-то даже отстраненным, он не старался причинить телу противника серьезный вред, но рубящие удары по рукам, плечам и корпусу были болезненными и очень обидными.

А Эркин уже ничего не мог сделать, он только уворачивался и вскрикивал, когда «оружие» противника в очередной раз достигало цели. Вот Чимин, кажется, решил, что с того достаточно. Он начал надвигаться на парня, заставляя его отступать назад, и в какой-то момент нога Эркина попала в незаметную в траве ямку, и он растянулся на спине, подняв руки и стараясь закрыться локтями.

Чимин остановился, навис над поверженным противником и, крутнув палку в руке и развернув ее, приставил конец с торчащим гвоздем к шее алтайца. Тот испуганно замер, стараясь даже не дышать, и только не мигая смотрел на возвышающегося над ним мужчину.

Оба парнишки, казалось, превратились в тени. Айсулу тяжело дышала, хватая воздух открытым ртом.

- Айсулу, переведи ему, - очень серьезно сказал Чимин.