Я отведу тебя в место силы...

- Чимин….- начала было она, но он рыкнул. – Переводи, я сказал!

- Х-хорошо… - пискнула она. А музыкант заговорил, глядя в упор на так и лежащего на траве Эркина:

- Сейчас я могу надавить чуть посильнее, и гвоздь проткнет твою шею. Ты этого хотел? – руки парня судорожно дернулись, но он ничего не предпринял, только закричал:

- Чего вы стоите, идиоты?! Задайте ему!

- А ну, стоять, придурки! – крикнула Айсулу, хотя парнишки и не думали шевелиться, пребывая в состоянии полного шока от увиденного.

А Чимин продолжал сухим, неожиданно низким, так не похожим на его обычный высокий, мягкий голос, тоном.

- Никогда не считай себя сильнее противника, если ты ничего о нем не знаешь. Никогда не замышляй подлость против людей. Никогда не смей даже помыслить о том, чтобы обидеть эту девушку! – он повысил голос, но, видимо, усилием воли сдержавшись, выдохнул и продолжал. – А сейчас забирай своих друзей и уходи! Не думаю, что тебе захочется рассказать кому-то о том, что здесь произошло. Это не в твоих интересах, не так ли? – он сделал шаг назад, давая Эркину возможность подняться.

Тот встал, руки его дрожали, лицо сильно побледнело. Он подошел к валяющейся на земле бите, поднял ее и бросил приятелям:

Те быстро-быстро закивали, так и не произнеся ни слова, и повернулись спиной, уходя с поляны. И тут:

- Чимин! – истошно закричала Айсулу. – Сзади!

Тот стремительно развернулся, еще успев принять на поднятую палку удар биты, которым хотел наградить его так и не смирившийся с поражением Эркин. Потом выбил ударом ноги биту из рук парня и с размаху огрел его палкой по спине.

Тот вскричал, а Чимин, ловко подхватив носком ноги биту, поймал ее второй рукой и бросил по-корейски:

- Уходи, дурак! И благодари эту девушку, не будь ее сейчас здесь, – я бы разделал тебя, как орех!

Тот, конечно, ничего не понял из сказанного, но интонация была такой, что он резко развернулся и, не оглядываясь, бросился догонять приятелей.

Чимин шумно выдохнул и, подойдя к берегу, с размаху закинул в воду злополучную биту.

Айсулу упала на колени – ноги ее не держали. Чимин повернулся к ней и, увидев, в каком состоянии девушка, быстро подошел и, бросив палку на землю, опустился на корточки рядом:

- Ну, что ты, малыш? Все хорошо!.. Все уже хорошо.

В глазах ее блестели слезы, губы подрагивали.

- Чимин… - она обхватила дрожащими пальцами его лицо и пробежалась взглядом, замечая и сведенные брови, и растрепавшиеся волосы, и ссадину в уголке губ – видимо, кулак Эркина все же достиг цели.