Я сломалась и падаю вниз

 — Может, Елена Евгеньевна просто заблокировала свой старый номер? Вдруг она не желает с вами видеться? Да вы сами у нее спросите. Поезжайте к ней домой. Если она вас примет, то какие проблемы?

Мужчина сопроводил Матвея до выхода и с холодной любезностью выставил за дверь.

Ничего не случилось. Да и что могло произойти, если ясно, кто ведет игру против Елены? Морж ее атакует, а служба безопасности под руководством этого вот Усолова оберегает.

Матвей зашел в кафе напротив офиса, устроился за столиком у окна. Цены здесь кусались, чашка кофе и кусок торта тянули на пятьсот рублей.

Кириллов заметил, как к офису фирмы «Центр-Глобус» подъехал желтый «Порше», который он уже сегодня видел. Из машины вышла Алла, и охранник чуть ли не с поклоном открыл перед ней дверь. Тот самый парень, который не хотел пускать Матвея в офис.

Все это очень интересно.

Маленькая комната со старыми обоями на стенах, древняя железная кровать с периной, пыльный коврик на полу. На окне — решетка.

— Это что такое? — возмущенно спросила Елена.

Сначала выяснилось, что Усолов не доверяет ее охране. Потом вдруг особняк стал ненадежным убежищем. В итоге она оказалась здесь, в этом доме, стоявшем на окраине незнакомой деревни. Усолов сказал, что здесь есть все условия, но оказалось, что обстановка была весьма далека от совершенства. Дом старый, кирпичный, полы деревянные, скрипучие, удобства на улице, мебель убогая.

— Поживете пока здесь, — проговорил он, глядя на нее не зло, но как будто с приговором.

— Я не хочу тут оставаться жить! — Она мотнула головой.

— Вам. Здесь вы будете в полной безопасности.

— Вы в этом уверены?

— А я почему-то нет.

— Ваше право сомневаться. А мое — защищать вас, — сурово глядя на нее, сказал Усолов. — Вас будут охранять мои люди, надежные и проверенные. Если можно, я заберу вашу сумку.

Елена и возмутиться не успела, как эта вещица оказалась у него в руках.

— Там телефоны, по которым на вас может выйти Морж.

— В ней еще и документы!

— Пусть они пока побудут у меня, — сухо сказал Усолов.

— Зачем вы это делаете? — спросила она, в замешательстве глядя на него.

Ей вдруг стало казаться, что эта сцена происходит не с ней, а с какой-то другой женщиной, которую вдруг лишили свободы.

— Да, я поступаю довольно грубо, — сказал Олег Афанасьевич. — Но такое поведение оправдано. Вы скоро в этом убедитесь.

— Может, все-таки скажете, что происходит?

— Я действую в ваших интересах, Елена Евгеньевна.