Я смотрю на тебя издали

Я надавила на ручку двери без особой надежды на успех, но дверь легко открылась. Я оказалась в абсолютно пустой комнате с одним окном, из-за распахнутой двери в смежную комнату доносились звуки шагов и чье-то ворчание.

– Черт, – произнес вполне внятно мужской голос.

Я громко кашлянула, и в дверях появился упитанный дядя лет сорока пяти, с выдающейся лысиной, которую он компенсировал обильной растительностью на лице: бородой лопатой и усами. Борода имела пегий оттенок, а волосы, обрамлявшие лысину, угольно-черные, из чего я заключила, что бородач волосы красит.

– Отца Константина, – ответила я, сиротски вздохнув.

– Э-э-э, – протянул он, потоптался немного, должно быть, прикидывая, что ответить, но соврать не решился, – я отец Константин. Что вы хотели?

– Меня зовут Ефимия. Я вам звонила.

– Да-да, помню… – он огляделся и развел руками. – Видите, что у нас здесь творится. Хозяева продают помещение, приходится срочно переезжать.

– Вы говорили по телефону.

– Что ж, проходите, присаживайтесь.

Он указал рукой в глубь комнаты, я вошла. Среди обилия картонных коробок, заклеенных скотчем, стоял стол, точно такой же был у меня, когда я училась в начальных классах. На столе ножками вверх два стула. Отец Константин поставил их один за другим на пол, бормоча:

Я устроилась на стуле, он подумал и тоже сел, сложив пухлые ручки на коленях. Глаза его под кустистыми бровями казались несуразно маленькими, взгляд вороватый, я решила, что дядя больше похож на проныру адвоката или просто жулика.

– Какая беда привела вас ко мне? – собравшись с силами, елейно начал он.

Теперь я не сомневалась, что разговаривала по телефону именно с этим типом.

– Я бы не стала называть это бедой, – ответила рассудительно.

– Вы что-то говорили о тяжелой жизненной ситуации.

– Уместнее будет сказать, что я в затруднении.

– Вот как? Что ж, я весь внимание.

– Спасибо. – Я вздохнула и задала вопрос, решив с ним не церемониться: – Вы что-нибудь слышали о Белой церкви?

Либо он хороший актер, либо название ни о чем ему не говорило.

– Белая церковь? – спросил с удивлением. – Что это такое?

– Так называли себя члены секты, которая существовала одиннадцать лет назад.

– Первый раз слышу. А при чем здесь я?

– Вы, может, и ни при чем.