Я смотрю на тебя издали

– Пожалуйста, – пожала я плечами и начала свой рассказ о подруге, мечтавшей об олигархе. Если в прошлый раз удалось выкрутиться, может, и в этот повезет?

– Вот как, – кивнул блондин. – И ты думаешь, я в это поверю?

Только я собралась ответить, как он пнул меня ногой в грудь, я не удержалась на стуле и вместе с ним грохнулась на бетонный пол, больно ударившись затылком. Охнула, перевалилась на бок и схлопотала ногой по ребрам. Меня ухватили за шиворот и вновь водворили на стул.

– Видишь, к чему упрямство приводит? – сокрушенно покачал головой блондин.

Я похватала ртом воздух, попыталась глубоко вздохнуть и застонала. Однако произнести кое-что все-таки смогла:

– Вы ж велели правду, я и рассказала, все как было…

– Кто тебя к ней послал?

– Никто… подождите, – взвизгнула я. – Дайте объяснить… Я поехала туда встретиться с клиентом, вы можете это проверить… уже собралась уезжать, когда эту девицу увидела, она правда на мою подругу похожа. Фотка есть, студенческая, там вся группа… Они похожи, как родные сестры… – шанс невелик и все-таки вдруг они решат проверить?

– Кто тебя послал? – наклоняясь к моему лицу, спросил блондин и ударил кулаком в солнечное сплетение.

На стуле я удержалась, но радости от этого не испытывала. Боль разлилась по всему телу, ни о чем думать в тот момент я не могла, лишь бы отдышаться. Перегнулась вперед, решив, что меня вырвет, но вместо этого принялась кашлять. Грудь болела так, будто кто-то ковырял раскаленной кочергой у меня в легких.  – Больно? – спросил блондин. – Это еще что. Вот сейчас суну твою ладошку в тиски, будет больно по-настоящему.

– Не надо, – проблеяла я. Попыталась сфокусировать взгляд на физиономии блондина, но передо мной все вертелось, точно я сидела на карусельной лошадке, которую вдруг запустили со страшной скоростью. Про тиски блондин не просто так сказал, действительно перейдет к гестаповским методам воздействия. С какой стати мне из-за Берсеньева страдать? Его приятели, пусть сам с ними и разбирается.

Но все во мне возмутилось этой мысли. И вовсе не Берсеньев тому причина. Хотя, может, и он. Как и тогда, в «Шанхае», я безоговорочно приняла его сторону. Кем бы он ни был, но сдавать его этим типам я не хочу. Вопрос, сколько я выдержу, а если изрядно покалечат, отпускать меня смысла уже не будет.

– Не надо, – передразнил блондин. – Конечно, не надо. Кто спорит? Ну, будешь говорить?

– Если вы продолжите драться, я начну врать.