Я тебе запрещаю

— Ты попридержи себя, — говорю ему. — Она мне как родственница.

— Жениться что ли надумал? — удивляется он.

Я чуть не давлюсь виски.

— Тьфу, — отвечаю зло. — Больше не пей. Хуйню городишь уже.

Тем временем Настя возвращается из кухни и опять сверкает задницей, шагая по лестнице.

Примерно через пару часов за Олегом приезжает водитель и он уезжает. Я сижу и решаю, что сейчас делать.

Уснуть все равно не смогу, пока не поговорю с Настей о ее поведении и о том, как мы будем жить дальше. Поэтому допиваю остатки виски и иду вверх по лестнице.

Я лежу на кровати в своей комнате.

Какой же он, все-таки, гад этот дядя Рустам! Я не смогу с ним жить в одном доме.

Гад и обманщик. Придумал что-то про обещание отцу. Неужели и правда думал, что я поверю в этот бред? Просто решил не возиться со мной, а поехать к своим шлюхам.

Я же слышала, как он разговаривал с одной из них по телефону. Он думал, что я не слышу, но я стояла за дверью. Фу, мерзость какая.

Ну, и пусть катится к ним. Лишь бы меня не трогал. Потому что…

Закрываю глаза.

Мне страшно признаться себе самой, почему я этого боюсь.

Вчера, когда он опять прижал меня своим телом к полу и впился губами, у меня сами собой поджались пальчики на ногах. Мне показалось, что мое сердце просто остановилось, отдав свои удары сердцу Рустама. Потому что его сердце колотилось, не успевая за бегущими секундами.

Я чувствовала, что он меня хочет. Чувствовала это. Не зная, как объяснить.

И я готова была отдаться ему. Сама. Я хотела его. Хотела, чтобы он продолжал целовать меня.

Чтобы его руки ласкали меня.

И уверена, если бы не телефонный звонок, то все случилось бы. Что было бы потом? Не важно. Не хочу об этом думать. Тем более, что все равно ничего и не произошло.

Этот гад уехал к своей шлюхе и, наверняка, трахнул ее.

При этой мысли я сжала кулаки и ударила по подушке.

Надо заснуть. Чтобы не думать. И не вспоминать.

Закрываю глаза и слышу звук закрывающейся входной двери. Такое ощущение как будто кто-то хлопает ей со всего размаха.

Потом до меня долетают звуки бьющегося стекла.

На какое-то время все затихает. Но я продолжаю вслушиваться. Наконец, раздаются шаги. Похоже, Рустам поднимается по лестнице. Наступает тяжело, неравномерно. Они же пили там с мужиком каким-то. Он, наверное, пьян. И мне становится страшно. Он и в трезвом-то состоянии не поражает адекватностью. А что же будет, если он напьется?

Шаги замирают возле двери в мою комнату и я накрываюсь с головой одеялом и зажмуриваюсь. Мамочки.