Я тебя куплю

Он испуганно хлопает глазами:

— Ни с кем, брат, клянусь! Она в туалет пошла, и там ей плохо стало…

Выталкиваю его из квартиры:

Захлопнув дверь, шагаю в комнату.

Медсестричка сидит на кровати, держа подаренное мной кольцо на ладони. Бледная, истощенная, какая-то безжизненная. Поднимает на меня взгляд, полный страдания, и едва слышно озвучивает самые страшные для меня слова:

— Я передумала. Я хочу расстаться, Камиль…

Я слышу, как собственное сердце стучит о грудную клетку. Остальные звуки меркнут. Мир теряет краски, очертания, смысл.

Камиль растворяется в медленно сгущающемся тумане. Исчезает. Стирается. Между нами расползается трещина. Бездонная и сквозная. Она раскалывает наши мечты, в пробившуюся пропасть безжалостно сбрасывая окровавленные осколки, от которых тело ломает ноющей болью.

Камиль делает шаг вперед, и мои глаза застилают слезы. Мучительно смотреть на него, произнося эти убийственные слова, мучительно дышать, даже думать. Это похороны, и никак иначе.

— Не самая удачная шутка, — говорит он, приближаясь.

Звон в ушах становится все пронзительней. Во рту совсем пересыхает. Я с трудом сглатываю и охрипшим голосом отвечаю:

— Я не шучу. Мы с тобой заключили сделку. Глеб получил по заслугам. Значит, все закончилось. А это, — я указываю на кольцо, — я просто подыграла тебе. — Кладу его на кровать и встаю. — Из нас вышла хорошая команда.

— Что ты несешь? — рычит он, зверея и сжимая кулаки.

— Мы заигрались, Камиль, — нервно улыбаюсь я, а душа на куски рвется от крика. — Ну какая свадьба? Это же глупо.

Мы с тобой абсолютно разные. Хватит притворяться нормальной парой.

— Притворяться? — еще сильнее мрачнеет он.

— Разве твое признание в любви было настоящим? Камиль, мы два взрослых человека. Поиграли и хватит. Пора бы вернуться к прошлому.

Я вижу, как с каждым новым словом наношу ему удар за ударом. Убиваю. Беспощадно. Жестоко. В его глазах клубится бездна, отражая мою эгоистичность. Я подарила ему надежду, вернула веру, а сейчас с корнем выдираю их из его сердца.

— К какому прошлому? Однажды ты сказала, что я убийца, а ты медик. Что наши параллельные никогда не пересекутся. Я не отложу оружие, ты не возьмешь его в руки. Но ты ошиблась. Все изменилось.

— Я пойду, Камиль, — кое-как проговариваю, отворачиваясь.

Беру сумку и делаю первый шаг. Напрасно решила, что моего спектакля будет достаточно. Надеялась, возненавидит меня за ложь, за предательство. А он стрелой бросается ко мне, хватает за плечи и швыряет на кровать.