Я тебя куплю

Камиль возится в телефонной книге и истории звонков, хмурится, набирает какой-то номер на своем телефоне и поднимает озадаченный взгляд на меня.

— Вот мы и выяснили, кто нас заказал.

— Возможно, только тебя, — пожимает он плечом. — Это Римма.

Из меня вырывается протяжный стон. Это какой-то кошмар. В чем я согрешила, что судьба так жестоко посмеялась надо мной?

Схватившись за голову, возвращаюсь к машине и руками опираюсь о капот. В горле застревает горький комок. Вот так подыграла Камилю ценой собственной жизни! Эта дура не остановится.

Пошлет еще кого-нибудь, потом еще. Камиль будет оставлять горы трупов, защищая меня — ту, что в благодарность обвиняет его. По сути, он виноват в том, что втянул меня в это болото. Но ведь не бросил. Спас, сам получив ранение.

Я взвываю, подняв лицо к звездному небу. В груди становится больно. Я всего лишь полюбила. Кто бы мог подумать, что это чувство так дорого мне обойдется?!

— Я остановлю ее, — произносит Камиль у меня за спиной.

— Как? — всплескиваю я руками, обернувшись.

 — Тоже убьешь?

— Ты сам себя слышишь?! — срываюсь я. — Это не компьютерная игра, Камиль! Это люди! Живые люди! У них бьется сердце, по их венам течет горячая кровь, они смеются, у них есть любящие родные!

— Сними розовые очки! — Он сотрясает меня за плечи. — Ты попала в мир, где правит жесткий выбор: или ты, или тебя! Нет ничего среднего, разноцветного, простого. Здесь четкая грань между черным и белым. Хочешь жить? Значит, вгрызайся в глотку любому, кто косо на тебя смотрит.

И никакой закон тут не властен. Я — закон! Мой брат — закон! Адель — закон!

— Это не жизнь, Камиль, — всхлипываю я. — Как можно спать спокойно под дулом пистолета? А как же любовь?

— Любовь? — усмехается он. — Ты в нее веришь? Даже после «Олега»?

— Конечно! Ведь я-то любила его по-настоящему!

— Любила? — уточняет он. — Хочешь сказать, все в прошлом?

Я киваю, поняв, что действительно похоронила чувства к нему. Наше прошлое вспоминаю с отвращением. Жалею о своей наивности.

— Я тоже любил, — признается Камиль. — Тоже дураком был. А ей мои бабки нужны были. Чтобы поскорее все заграбастать, выдумала беременность. Да так правдоподобно играла, что поверил ей. Чужие снимки УЗИ разглядывал, ее живот гладил, ухаживал за ней, готовился отцом стать.

От его слов у меня окончательно немеют ноги. Он не лжет, по глазам видно. Ему больно вспоминать об этом, и я не думаю, что Камиль со всеми подряд так откровенничает.