Я тебя получу

Пошли, — беру его под руку и мы вместе поднимаемся на наш второй этаж. — Ты сегодня пораньше.

— Да, дело Проклова отложил на завтра. Голова раскалывается.

— Сейчас накормлю тебя своим фирменным мясным салатом — мигом пройдет.

Пока отец шуршит ключом в дверном замке, вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть через окно парковку. «Вольво» папы стоит на привычном месте, слева и права не менее презентабельные автомобили соседей — черной рухляди среди них нет.

Дни до следующих выходных проносятся с молниеносной скоростью, по учебе беспросветный завал: гора книг по юриспруденции, ноутбук на зарядке и литры черного кофе — мои постоянные спутники.

Конец мая — горячая пора для всех учащихся, и хоть я считаюсь лучшей студенткой на потоке, но и меня не миновала участь пострессовать перед закрытием сессии. С Кириллом мы практически не видимся, с Маринкой тоже пересекаемся только на лекциях. Вопреки мнению большинства, мне нравится это время, нравится зашкаливающее волнение, нравится получать новые знания и соответствующие энергозатратам высшие баллы. Я хочу не просто получить красный диплом — я хочу стать первоклассным специалистом, хочу, чтобы отец мной гордился.

В этой «гонке на выживание» совсем не осталось места пустым мыслям, произошедшее той злосчастной ночью и последующие события постепенно стираются из памяти, и если бы не ярко-красный перцовый баллончик на дне сумки, я бы вовсе решила, что все это было лишь игрой расшалившегося воображения.

Кнут больше не появлялся на горизонте, хотя, признаюсь, до сих пор выходя из универа, я в первую очередь бросаю взгляд на ворота — ведь именно там он поджидал меня однажды, а потом на стоянку, отыскивая глазами допотопный «Понтиак».

Он исчез. Так же стремительно, как и появился когда-то.

— Завтра день города, на площади будет тусовка, — делится Маринка, вгрызаясь в рожок карамельного мороженого. — Думаю, пора вытряхнуть из башки уголовное право и оторваться на максимум.

— Ты же знаешь, что я не слишком люблю эти все столпотворения.

— Тебя никто не спрашивает, дело решенное. Ки-ир, — вытягивает шею, заглядывая за мое плечо, — скажи свой настырной, что помимо лекций существует и другая жизнь.

— Загробная? — Кирилл ставит на стол пластиковый поднос и опускается рядом со мной. — Что обсуждаем?

— Завтрашний сабантуй, и мы идем на него вместе, — Маринка переводит указательный палец с меня на Кочеткова. — Потрясем булками, выпьем по коктейлю. Там группа эта приезжает, которая на Евровидении была.