Я тебя получу

Маринка косится на меня все лекции, задает провокационные вопросы, но я лишь отшучиваюсь, загадочно улыбаюсь и перевожу тему.

Я хочу оставить наш с ним секрет только нашим.

— Так, или ты сейчас же расскажешь мне, где провела ночь, или я больше никогда не прикрываю твою скрытную задницу! — Маринка приземляется за столик напротив и, сцепив пальцы в замок, выжидающе смотрит. — Я, между прочим, бате твоему врала. Чуть коньки от страха не откинула.

— А что говорить-то? Я гуляла, — откусываю огромный кусок пирога, стараясь при этом не улыбаться.

Ладно, не улыбаться глупо.

— Але, Свиблова, ты пирог с мясом жрешь! Пирог! С мясом!! А нем под четыреста калорий. И ржешь как ненормальная. Ты точно не в себе, а значит, произошло что-то интересное. А еще если ты думала, что я не увидела твой замазанный засос…

— Да тише ты! — осматриваю присутствующих в студенческой столовой и, скрипя ножками стула, пододвигаюсь ближе. — Ладно, скажу, все равно не могу больше молчать, — выдерживаю театральную паузу и стреляю: — Я с парнем была!

— Да ла-адно-о! — округляет глаза и, прикрыв рот ладонью, улыбается.

— Угу, — откусываю кусок еще больше.

— Попов? Криворотов? Да кто? Не томи!

Маринка резко перестает улыбаться, даже в лице изменилась.

Маринка зависает, при этом пристально глядя на мой, как мне казалось, искусно загримированный кровоподтек на шее. Лицо каменеет.

— Ты серьезно? Тусила с этим ушлепком? Ри́ли?

— Мне казалось, что он тебе нравится.

— Дура, что ли? Я ж угорала! — кривится. — Он же ублюдок каких поискать. Да, на внешку ничего такой, но он же ненормальный на всю голову.

— Марин, ну ты чего… — откладываю пирог. Аппетит пропал напрочь. — Ты же говорила, что сама с ним погонять хочешь. И ты не врала, я тебя знаю, он точно тебе нравился и его репутация тебя совсем не смущала. Вот это твое: «он точно огонь», все дела…

— Да не стала бы я, ты че? Да фу! Мало ли, с кем он там терся.

— Да пошла ты! Я с тобой поделилась, а ты… Лучше бы не рассказывала ничего, — цепляю стакан и, давясь, пью несладкий чай.

Я знаю — чувствую! — что она это как будто назло мне говорит. Ведь я ее как облупленную со школы… И глаза ее вижу. Думает одно, а говорит зачем-то другое. Унижает его специально, и меня заодно. Подруга, называется.