Я украду твоё сердце

– Думаю, мы найдём способ снять браслет и освободить тебя от этой навязанной помолвки. Если тебе нужно что-то забрать отсюда, делай это сейчас. Мы отправляемся домой.

Снять браслет? Освободиться от помолвки с Азимом? Ещё несколько дней назад я бы первая требовала всего этого. А сейчас от одной лишь мысли мне становится дурно. Но брат явно не настроен выслушивать мои аргументы, полностью уверенный в своей правоте. Странно, как ещё отец сюда не явился, чтобы лично открутить голову Азиму, как и обещал.

− Я не хочу домой.

− Это невозможно, Ники, − строго смотрит на меня брат. – Корим ясно дал мне понять, что тебе может грозить опасность, если кто-то узнает о вашем с Азимом совместном времяпрепровождении. Или о том, что между вами фактически заключена помолвка. Я забираю тебя домой, и это не обсуждается.

Опасность? Азим тоже намекал на опасность для меня, заставил спрятаться, велел не вмешиваться… словно точно знал, что будет происходить дальше… и всё равно ничего не сделал.

Именно в этот момент я окончательно понимаю, что время упущено. Его увезли. Он позволил этому случиться. Тай своего тоже добился – удержал меня от опрометчивых, с его точки зрения, действий.

Я больше не могу ничего исправить.

Боль накатывает новой волной, замораживая всё изнутри. И в голове бьётся только одна мысль. Всё не так просто, как кажется. Происходит что-то очень странное и непонятное. Надо разобраться… обязательно надо.

− Отпусти меня, пожалуйста, − прошу я тихо.

Тайрэну не нужно объяснять, что я больше не собираюсь бежать за яншарами. Он и сам это прекрасно чувствует, поскольку дар эмпатии у него развит не хуже, а может быть даже лучше, чем у Софи.

Как только его руки разжимаются, я отступаю на несколько шагов, игнорируя внимательный сочувственный взгляд.

− Уходим? – спрашивает уже более мягко.

− Нет… пока. Мне… нужно время… пожалуйста, − шепчу сбивчиво, зажмуриваясь и обхватывая свои плечи в защитном жесте.

И, прежде чем Тайрэн успевает что-либо ответить, ухожу в спальню, которую сегодня разделила с любимым мужчиной. Рыдания душат, мешая дышать. Глаза жжёт от невыплаканных слёз. Но я вся будто заморожена изнутри, даже дрожь, сотрясающую моё тело, едва замечаю. Сознание словно в тумане.

Окидываю невидящим взглядом спальню, не сдержав судорожный всхлип. В памяти вихрем проносятся картинки вчерашнего вечера.