Я украду твоё сердце

А потом мы вчетвером наконец закрываемся в мастерской Адаля и на пару часов погружаемся в кропотливую совместную работу.

Когда-то, пятнадцать лет назад, близкий друг моих родителей, герцог Гиерно, при активном содействии моей мамы, изобрёл артефакт, способный запечатлевать колебания разных энергий, включая магические. И это стало просто колоссальным прорывом в сфере разведки и всяческого шпионажа. До сих пор эту разработку не могут повторить ни в одной стране нашего мира.

Но у неё есть существенный недостаток. Далеко не каждый маг сумеет считать запечатлённую информацию.

Мы же хотим создать нечто совершенно иное. И у нас для этого есть свой собственный гений. Адаль. Повторить формулу запечатления, созданную герцогом ему, конечно, не удалось. Но мой друг сумел создать свою собственную, немного отличающуюся по спектру. А потом загорелся идеей сделать воспроизведение более доступным, чтобы любой человек мог увидеть то, что запомнил артефакт.

Само собой много желающих не нашлось. Кто поверит странному нелюдимому парню, который бредит фантастическими изобретениями и подрабатывает бутафором в театре, чтоб сводить концы с концами.

Я же, как-то выбравшись тайком из дворца, чтобы погулять столицей, случайно увидела его объявление на рыночной площади. Потрёпанное и почти залепленное другими. И неожиданно для самой себя заинтересовалась.

Это случилось полтора года назад. И за это время мы многого добились.

− Ну-у-у, кажется, мы, наконец сдвинусь с мёртвой точки, − удовлетворённо потирает руки Вайк, рассматривая воссозданную артефактом полупрозрачную и дрожащую иллюзию цветочного горшка, зависшую над столом.

− Да, теперь осталось придумать, как воссоздавать движущиеся объекты.

− Если бы ты могла поделиться плетениями, как ты сама это делаешь… − в который раз начинает канючить Джил.

− Я не могу. Это семейное, − в который раз качаю головой. То, что я это делаю на сырой силе, как стихийный маг-иллюзионист, и вовсе держу в строжайшем секрете. Это сразу выдаст, кто я такая на самом деле.

− Ничего. Придумаем, − хлопает по плечу самого юного нашего товарища Адаль. – Мираж права. Если это семейная тайна древнего аристократического рода, мы не сможем законно зарабатывать на ней. Нас закопают. Я уж молчу о том, что у Мираж будут проблемы.