Я украду твоё сердце

Поэтому, повернувшись к ней, усилием воли вношу нужные изменения в магическое плетение наброшенной на сестру иллюзии.

Встречу с Азимом Софи назначила в розарии. Это место, хоть и уединённое, но совершенно незапретное. Вот только есть одно «но». Чтобы туда добраться, нужно незаметно выйти из комнаты. А это слегка проблематично из-за того, что для начала придётся открыть дверь, а за ней стоит охранник. Слава богам, хотя бы один. Иначе вдвоём мы бы точно не выскользнули. А так придётся немного схитрить.

− Готова? – тихо спрашиваю, направляясь к этой самой двери.

− Конечно, − шепчет Софи, замирая рядом.

И я начинаю плести иллюзии. Теперь нужно действовать чётко и слажено.

До встречи с Азимом остаётся четверть часа. Полчаса назад мы попросили мою горничную Элизу принести нам ужин. Строго через полчаса. То есть… сейчас.

И действительно. Исполнительная Элиза появляется чётко в оговорённое время. Бросает короткий взгляд на террасу, откуда доносятся наши с Софи тихие голоса, и принимается накрывать стол в гостиной, как мы и велели.

Вернёмся домой, и я её обязательно вознагражу за хорошую службу. И как-то извинюсь за то, что вынуждена сделать сейчас. Просто, иначе нам никак не выбраться из комнаты незамеченными. А идти с телохранителями… об этом тогда точно будут осведомлены и отец, и Тайрэн. А я даже не знаю, чем наша встреча с Азимом закончится. Вдруг он меня отвергнет? Я этого не выдержу. Пусть тогда свидетельницей моего позора будет одна лишь Софи, которой я доверяю, как самой себе.

Поэтому… когда Элиза переставляет вазу с цветами, оттуда взлетает сразу несколько ночных бабочек. Вскрикнув от испуга, горничная отмахивается от насекомых, которых, как я знаю, сильно боится. И случайно сбивает эту самую вазу. Шума получается даже больше, чем я надеялась. И, само собой, дверь тут же снова распахивается и в комнату врывается Леон, стоящий сегодня на страже нашей безопасности.

− Что здесь происходит? – требовательно спрашивает он у смущённой горничной.

А в дверях, ведущих на террасу, для пущей достоверности, появляюсь я собственной персоной. Смотрю удивлённо на Элизу.

− Извините, ваше высочество, − виновато бормочет девушка. – Тут были бабочки. Я испугалась. Сейчас всё уберу.

− Ничего страшного, Элиза. Не поранься, − произносит моя иллюзорная копия, доброжелательно кивнув и возвращаясь на террасу.

Но я уже этого практически не вижу, управляя собственным творением издалека.