Я - ваши неприятности

 — А вот ты вчера вел себя очень мило, и я почти поверила, хотя моя мама всегда говорит, что мужчинам верить нельзя. А сегодня утром пришел этот тип и угрожал Серафиме. И что я должна думать о тебе после этого?

— По-твоему, я с ним знакомилась?

— Но ты ведь его видела или нет?

— Видела, конечно. Жуткий тип. У него зубов нет, передних. А с ним еще один, у него что-то с глазами.

— Вот видишь, — обрадовалась я. — Вчера ты собирался на мне жениться…

— Я никого не посылал, — рявкнул Юрик, выглядел он при этом вполне искренне.

Если он все-таки лжет, то “Оскар” ему вручать можно уже сегодня. — Ты меня слушаешь? — злился он.

— Разумеется, слушаю. И все-таки он приходил.

— Я никого не посылал.

— Как такое может быть? — озадачилась я.

Юрик постоял, подумал и грязно выругался.

— Жорка, мать его. Голову оторву недоделку…

— Прекрати так выражаться, я совершенно не желаю слушать.

— Все, заткнись, — устало сказал Юрик и опять взял меня за руку. — Это братик инициативу проявляет. У него с твоей теткой личные счеты.

Он получит по ушам и отстанет. Идет?

— Ну, не знаю… — задумалась я. — Ты не обманываешь?

— Конечно. Кой черт мне врать?

— В самом деле… Проводи меня домой.

— Нет. Лучше прогуляемся. Мне надо успокоиться. Я с самого утра не в себе. Все думала и думала… ты очень меня расстроил.

— Значит, кто-то другой. Я ведь не знала, что это не ты.

— Но теперь-то ты знаешь!

— У меня есть сомнения. Юрик тяжко вздохнул:

— Я что, сказал непонятно? Хорошо, повторяю: я разберусь.

Все?

Я держала Юрика под руку, он чувствовал себя как-то неуверенно. Прогуливаться по улице было ему в диковинку, он томился.

— Ты действительно с женой развелся? — спросила я.

— С ума сойти… почему люди разводятся? Она меня достала.

— Я думаю, ты был не очень хорошим мужем. Впрочем, хороший муж — это редкость. Моя мама говорит: не стоит привередничать. Надо иметь терпение, и тогда в конце концов из любого может выйти что-нибудь путное. — Я передохнула немного, и ласково посмотрела на Юрика.

Тот выглядел слегка утомленным. Почему-то мужчины считают, что все красивые женщины непременно дуры. Я не собиралась его разубеждать.

Однако две бурные сцены подряд изрядно меня вымотали. Следовало передохнуть.

— Может быть, зайдешь? — неуверенно предложила я возле дома Серафимы. — Я могла бы напоить тебя чаем.

— Как знаешь, — обиделась я и пошла к подъезду.

— А тетка дома? — поинтересовался Юрик.

— Не трудись, — фыркнула я, исчезая за дверью.