Я заставлю тебя страдать

Пока Вилтяг занимался Карлой и обездвиживал ее, обыскав девушку, обнаружила у нее сильное снотворное.

— Надо же. Всего лишь хотела усыпить. Неужели он вам нужен для чего-то еще?

В мой адрес с пола полетели нецензурные выражения.

— Ну, не хочешь говорить, и не надо. Твой спутник нам сам сейчас все расскажет. — Потом, пододвинув удобное кресло, уселась напротив напуганного мужчины.

— Вилтяг, если эта стерва дернется — пристрели ее.

— Да запросто, — ответил помощник, размещаясь в другом кресле рядом с Карлой.

 — Глаз не спущу.

А я повернулась к плененному экономисту:

— Ну что, поговорим?

— Вы не имеете права!

— Я не имею? Ты прав. Но если ты не расскажешь мне, как тебя хотела использовать вот эта милая девушка, лежащая сейчас на полу, то я тебя убью и скрою следы. Поверь, опыт есть.

И экономист Веролайн мне поверил.

— Пыталась использовать?.. — начал он.

— О, это занимательная история. У этой женщины есть любовник. Он решил незаконно заработать, но не это важно.

Главное, что ты тот дурачок, который мог бы помочь ему в этом. Как только они получили бы от тебя информацию, Карла, — мотнула головой в сторону подруги Брендона, — тебя усыпила бы. А вот что было бы дальше, сейчас расскажешь мне ты.

— Тогда я расскажу твоему начальству, что ты практически совершил. Разглашение секретной информации тебе точно не простят.

Видя, что допрашиваемый упрямится, я крикнула:

— Вилтяг, в телефоне Карлы есть их переписка, очень и очень интересная.

Я снова повернулась к Веролайну.

— Карла… — ошарашенно повторил он, начиная мне верить.

— Ну? — приставила я пистолет к его ноге.

Вот только мужчина не знал, что там снотворное. Калечить его я не собиралась.

— Я расскажу, но вы меня отпустите.

— Договорились, — кивнула я, и экономист начал.

Я сидела напротив связанного мужчины, который чуть не испортил мне всю операцию. Его глаза были закрыты, он размышлял над моими словами.

Неожиданно Олег вскинул на меня глаза и встретил мой взгляд.

— Я не позволю тебе это сделать.

«Нет, какой потрясающий мужчина, — подумала я, вставая и подходя к окну. — Сидит связанный и еще условия диктует».

Как раз тогда, когда экономист выложил мне все подробности того, на что его подбивала Карла и для чего вообще нужен «Эльрус», все встало на свои места. Цель, средства ее достижения.

Я готова признать, что Брендон — мужчина не без воображения.