Я знаю, что видел

Раньше вы ведь совсем по-другому жили, да?

– А то, мистер Шют. Как случилось так, что уважаемый высококвалифицированный программист с ученой степенью одного из лучших университетов, с высокооплачиваемой работой, стал… вами?

– Что вы имеете в виду?

– Взгляните на себя. Не хочу показаться грубым, но как-то не похоже, чтобы у вас было все хорошо, не правда ли?

– Альтернативный? – Он делает паузу. – А я думаю, что годы на улице сломали вас.

– Я не обязан все это выслушивать.

– Вообще-то обязаны. Итак, расскажите нам.

– Я… я вам уже говорил. Много раз. Я видел, как ее убили. На прошлой неделе, – отвечаю я и чувствую, как слова теряют уверенность, не успевая даже долететь до моих собеседников.

– Ладно, тогда позвольте сказать, что думаем мы. Мы думаем, это вы убили ее, мистер Шют.

– Что? Это же нелепо. Зачем мне вообще было приходить к вам?

Блэйк передает Конвэю еще одну фотографию.

– Кто она, мистер Шют? – спрашивает он.

– Я не знаю. Сказал же вам.

– Здесь немного размыто. Возьмите вот эту фотографию. – Он с размахом, будто игральной картой, шлепает по столу полароидным снимком. – Вот этот сделали, когда она еще была жива.

Гляжу на Блэйк. На лице у нее водоворот эмоций, но я не могу их распознать. Что-то похожее на сожаление или вину. Даже не взглянув, толкаю фотографию по столу обратно Конвэю.

– Я же сказал, не знаю, кто это.

– Взгляните, Ксандер. Ее звали Мишель. Кто такая Мишель, Ксандер? – спрашивает Блэйк.

– Пожалуй, он мог назвать ее Мишель. Но есть ве…

– Мишель? – Конвэй прерывает меня, оглядываясь на Блэйк.

– Кто он? – уточняет она.

– Да? Вы уверены? – переспрашивает Конвэй.

– Значит, Мишель вы не знаете, а Мишаль вам о чем-то говорит? Расскажите-ка поподробнее, – допытывается он.

Мишаль о чем-то говорит. Что-то в его словах током пробивает меня насквозь. Глаза начинают слезиться, потому что чувствую: вот-вот ко мне вернется то, что обитает в самых отдаленных уголках сознания.

– Я видел это имя на кладбище. Эбади. Проследил за ним. Думаю, я знаю, где он похоронил ее, – говорю я.

– Вообще-то, мистер Шют, мы точно знаем, где она, и это не кладбище. Ее кремировали. Развеяли над парком.

Они никак не реагируют, а затем Блэйк толкает локтем Конвэя, и тот снова показывает мне фотографию. Смотрю на нее, но заранее знаю: это бессмысленно. Вдруг мое сердце замирает.

Снова опускаю взгляд на мужчину на фото и тру глаза. Я не понимаю.