Я знаю, что видел

Тут встревает Блэйк:

– Детектив-инспектор Конвэй хочет сказать, что у вас есть право отвечать «без комментариев». Ваше неотъемлемое право. И совершенно точно никто на вас не давит, чтобы заставить отвечать на вопросы. Однако это ваш шанс. Он прав, мы не можем рекомендовать освободить вас под залог. Улики существенны, Ксандер. Правда существенны. А защищаясь таким образом, вы нам не помогаете. Покажите нам, в чем мы неправы, и мы, возможно, даже не станем предъявлять вам обвинение. Но, исходя из того, что вы нам пока сообщили, вас обвинят в убийстве.

Джен подталкивает меня локтем, и, обернувшись, я вижу, как она уверенно качает головой.

Смотрю на Блэйк; хоть я и знаю, она мне не друг, чувствую, что она пытается дать мне шанс. Я не знаю, смогу ли выжить в стенах тюрьмы, если даже стены прекрасного дома Себа для меня будут словно тюрьма. Делаю вдох и пытаюсь замедлить мысли в голове.

– Без комментариев, – отвечаю я.

Глава тридцать восьмая

Они предъявили мне обвинение в убийстве. Джен ушла. И вот я сижу в полицейской камере, зная лишь то, что завтра, в пятницу, в Королевском суде района Саутуорк состоится срочное слушание по моему залогу.

При оформлении мне дали заполнить форму, в которой спрашивалось, нет ли у меня позывов к самоубийству. «Конечно, есть. К тому же я крайне подвержен клаустрофобии», – написал я. А теперь, оглядываясь назад, не понимаю, зачем я это сделал. По-идиотски рассудил, будто меня пожалеют и пересмотрят решение о залоге. Скажут, мол, у него клаустрофобия, поэтому его нельзя здесь держать.

Давайте отпустим этого убийцу восвояси.

Мне приносят еду в пластиковом контейнере. Ем, хоть и не голоден, потому что я всегда ем, когда появляется еда. Я ем столько, сколько могу, а сухую еду рассовываю по карманам. Еда горячая и пахнет пластмассой, как кукурузные палочки с сыром.

Вижу нас с Рори: мы пробирались сквозь какие-то заросли кустарника, в руках по пакету кукурузных палочек с сыром. Помню, было солнечно, хотя все утро напролет лил дождь. Мы медленно шли через парк, прокладывая путь сквозь высокую траву.

Я – впереди, бодро утаптывал влажные стебли. Как тот исследователь, что торит дорожку остальным участникам экспедиции. Но, оглянувшись назад, я не увидел там Рори. Сердце екнуло на мгновение, и я повернул назад, ступая по примятой мной же тропинке. Вначале мне подумалось, что он исчез, и меня охватила паника. Но вскоре я заметил его – он сидел прямо на земле и плакал. Я подошел и встал на колени рядом.