Я знаю, что видел

Звук кинотеатра до того, как загорается экран. Звук ожидания. Мягкий стук, усиленный динамиком. Шипение переходит в играющие всеми красками звуковые волны, которые разливаются по комнате.

Открываю глаза и вижу, что Себ снова сидит на стуле. Он ловит мой взгляд и грустно отпивает из стакана. В окна моей головы стучит Рори. Он хочет войти. Я могу сдерживать его, но не слишком долго. Зажмуриваю глаза и чувствую головокружение, меня словно затягивает в водоворот.

Время меняет серый цвет на насыщенный черный. Пластинка закончилась, и шипение иголки разгоняет мелькающие под веками образы.

Резко открываю глаза. Ночь уже прошла. Сейчас раннее утро. Себ свернулся калачиком на диване. Перекатываюсь на бок так тихо, как только могу, встаю и на цыпочках выхожу из комнаты. Вприпрыжку шагаю в ванную и там, скрючившись над раковиной, начисто оттираю себя с помощью мыла и струйки воды. Когда спускаюсь вниз, Себ все еще спит, и я незаметно выскальзываю из передней двери. Мир здесь приторно сладок, но, оказавшись снаружи, чувствую, что тротуар схвачен легкой ледяной пылью – она хрустит под ногами. Холодный воздух бодрит, попадая в легкие.

Рори, который держался буквально из последних сил, все-таки улетел. Между моим миром и его есть разница. Разница в материи, физике. У него не хватает физической силы, чтобы удержаться, когда я двигаюсь. Даже если двигаюсь медленно. Но он может заполнить собой мой разум, когда я где-то в помещении, ограничен стенами.

Теперь появляется Грейс, ее образ мерцает. Останавливаюсь, чтобы присмотреться к ней, но она слишком нематериальна.

Впрочем, я вижу, как она улыбается своими пустыми глазами. «Ты», – указывает она на меня. «Это ты», – как будто хочет мне сказать. Улыбаюсь в ответ. Киваю.

– Я знаю, – говорю. – Я.

И она снова превращается в воздух.

Опять иду в парк Хорниман. Вот почему она исчезла. Она зовет меня туда, чтобы мы могли выговориться. Я и она. Она зовет меня, чтобы мы вместе распутали все то, что тянет мой мозг вниз.

Себ солгал мне. Его мотив уже не так понятен, как прошлым вечером, на фоне его радушия и виски.

Пытался ли он лишь подтвердить мои подозрения? Больше в это не верю.

Сейчас день, и я прохожу через главные ворота. В это время нет ни посетителей парка, ни случайных гуляк. Только пара голубей, которые ищут, что поесть, да я. Направляюсь к месту, где раньше, бывало, спал. Мои ступни – корабли. Воздух несет меня вперед.

«А ведь Ариэль не забирался в дом», – говорит Грейс, но не своим ртом. Это читается в ее взгляде.