Я знаю, что видел

– Что ты имеешь в виду? – Он поднял на меня глаза.

– Ты же не знаешь, как это, когда он, воняя… – Тут я осекся, позволив словам приземлиться в его голове.

Последовала тишина, и я видел, как в нем пробуждается осознание.

– О чем ты, Ксандер? – спросил он через минуту.

– Забудь. – Я направился к входной двери.

– Нет, Ксандер. Это важно, – настаивал он, следуя по пятам. – Если у тебя есть что сказать…

– Увидимся, Рори. Мне пора. – Я безуспешно дергал замки, пытаясь открыть дверь.

Он стоял сзади, сложив на груди руки.

– Ну? Есть что сказать?

– Мистер Шют? У вас есть что сказать?

Перед глазами мигает экран; поставленный на паузу кадр идет рябью. Я снова в полицейском участке. В голове проигрывается видео. Номер 42Б, медная табличка на черной двери. В мозгу крутятся шестеренки, мысли связываются или расходятся, если оказываются неподходящими. Даже сейчас, вопреки всему этому безумию, процесс распутывания загадки меня успокаивает.

Я знаю, как все разрешится.

Смотрю на экран, а тот, в свою очередь, смотрит на меня. Отвожу глаза и крепко их зажмуриваю.

От сухости в горле не избавиться, даже если сглотнуть. Не понимаю, откуда она. Все никак не приходит привычное тепло от найденного решения. В голове стучит, стены надвигаются на меня.

В каждом решении время – это константа. Но каков же ответ здесь? Каким может быть этот ответ? Сердце стучит все быстрее, по мере того как я приближаюсь к окончательному осознанию.

Пола – той викторианской плитки – больше нет. Вместо нее гладкий светло-серый мрамор с темными прожилками. Стены больше не кремового цвета, одна из них полностью покрыта чем-то похожим на цельную зеркальную панель, в которой отражается противоположная стена, выложенная мелкой мозаичной плиткой. На потолке мерцают крошечные звездные огоньки.

Сижу, открыв рот, и не знаю, что сказать.

И все это провернули с ночи вторника.

– Это невозможно, – говорю я.

У этой формулы нет решения.

– Разве? – переспрашивает Конвэй, но ответа не ждет.

Шестеренки в мозгу продолжают крутиться и щелкать. Мог ли убийца все там поменять? Убийство произошло поздно вечером во вторник. В среду вечером я рассказал о нем полиции. Они утверждают, что в тот же вечер осмотрели это место. Быть такого не может.