Яд Горькой Любви

— Я боюсь потерять тебя! Давай уедем! Я согласна, Тим!

Она обнимает меня за шею, все крепче прижимается ко мне, а я внезапно ничего не чувствую. Хорошо провести время, развлечься. В голове уже полнейший дурман, от предвкушения алкоголя и кальяна. С коксом давно завязал, не уважаю и не связываюсь, но сейчас так хочется вновь почувствовать себя королем мира, раствориться в нем. Нет. Я дал себе слово.

— Поехали, Нат, время покажет!

Отстранив ее от себя, возвращаюсь в спальню, и застегивая рубашку, испытываю странное сумасшедшее ощущение, уехать скорее одному.

Она больше не входит в мои планы. Слишком, долгое ожидание, дает горький привкус ненужности.

Алкоголь лился рекой, я не пьянел, как, ни странно в отличии от друзей. Натэлла сидела с мрачным выражением лица, то и дело покручивая в руках бокал с шампанским.

— У вас все в порядке? — Вован опираясь локтями на балкон, обвел взглядом толпу.

В вип ложе им было не попасть. Не по статусу.

— Ты имеешь в виду, Нат?

— Да, она что-то не в ударе!

Я посмотрел за стол, там, где сидела Натэлла.

Отличается от других девок, ее девкой то сложно назвать. Девушка. Красивая, ухоженная. Следит за собой, любит себя. Что внезапно изменилось? Наигрался.

— Да мне плевать, отец за это ответит!

— Братан, у меня всегда есть план!

Вован подставив виски на подставку, достал сигареты.

От друга, почти брата, с которым вырос вместе и тот был ближе мне намного чем брат по крови, скрыть было ничего невозможно.

— Да! Я рассказал ему о заводе!

— А если напрямую свяжется с отцом?

— Нет! Дед ненавидит его за мать!

Вован поправил лацканы пиджака.

— Как действовать будем?

— Деду нужен приемник! Я от отца, он не скрывает что любви ко мне особой не пытает, но мне эти родственные чувства и не нужны! Свой завод, независимо от отца, свое дело! Они долго не выплывут, особенно с левым спиртом, кто-то траванется и поверь, ни одну инстанцию не прикроешь!

— Твой отец спас нам жизни! — тихо произнес Вован. — Забыл?

Я сжимаю руку в кулак.

— И что? Он, итак, делает все что хочет! Женит меня на какой-то шмаре!

— Она ничего такая, жопа огонь! Сиськи пушка!

От его слов темнеет в глазах. Это брат, друг, но что-то резко меняется во мне, а что, даже объяснить то толком не могу.

— Мне плевать какая она! Ни о ней речь! Я женится не собираюсь!

Смотрю вниз на танцующую толпу, не понимаю, что меня так зацепило, но воздух в клубе внезапно становится сжатым. Становится нечем дышать.