Яфет

 – Как же так? Но почему не сразу, вместе с ними? – он кивнул на Льва и Астарка. Их лица как будто побледнели еще сильнее, скулы и подбородки заострились, но грудь каждого все еще едва заметно вздымается и опускается от дыхания.

Стоящий рядом Орвод не услышал, смотрит на бледное лицо единственного сына. Брови старика сдвинулись, губы шевелятся, шепчут молитвы богам о скорейшем выздоровлении.

– Они были с нами в подземелье? – спросил вдруг Яфет, наконец, поняв, что именно встревожило его в этой вести, кроме новой вспышки болезни.

– Зришь в точку, тцар, – похвалил Соколиный Клюв мрачно, – в том то и дело – их с нами не было.

Громострел вытаращил глаза, посмотрел сперва на тцара, затем на волхва.

– Если болезнь заразна, то почему все же не заразился ни ты, тцар, ни я, ни другие воины, что спускались?

Яфет с волхвом переглянулись, и, словно прочтя мысли друг друга, угрюмо покачали головами.

– Неужто среди нас…, – начал было Громострел, в неприятном изумлении осекся, но на лицо тут же набежала ярость.

Яфет принялся в задумчивости ходить перед повозкой взад-вперед. Орвод ушел просить богов о скорейшем выздоровлении сына. Волхв добавил в котелок щепотку трав, отчего запах пошел еще более гадостный.

Подбежал низкорослый мужичонка в грязно-белом балахоне, что-то негромко сказал, и Соколиный Клюв услал его прочь нетерпеливым жестом.

Когда помощник удалился, неся с собой мешочки с травами, волхв повернулся и обронил:

– Заболели еще воины, Яфет. Вместе с Астарком и Львом, уже дюжина. Как назло – самые крепкие, выносливые и умелые!

– Громострел! – сказал Яфет резко, словно прервал свои размышления на самой важной мысли. – Вели Ратибору немедля явиться ко мне.

Старший воевода посмотрел неверяще, Соколиный Клюв тоже оторвался от зелья в котле, едва не уронил от изумления длинную деревянную ложку.

– Но тцар! Ратибор не мог.

– Вот как раз и узнаю наверняка, – сообщил правитель, мрачнея еще сильнее. Взгляд сделался отсутствующим, рука поглаживает рукоять Меча на поясе.

Старший воевода растерянно посмотрел на волхва, тот издевательски постучал себя большим пальцем по лбу, глядя на Громострела, как на идиота, что не понимает очевидных вещей, или просто страдает старческим слабоумием. Наконец, лицо воеводы поменялось, в глазах мелькнуло понимание.