Яфет

На ходу попытался освободить запястья, но тугие веревки не поддавались.

– Кто вы такие? – услышал он охрипший голос Соколиного Клюва. – Какого роду-племени?

– Дойдем до Деревни, – прогудел голос впереди Яфета, – там и поговорим, чужак. Ежели ты из нежити, то легкой смерти не дождешься!

Язык, на котором они говорили, звучал странно, но казался знакомым. В Вавилоне говорили совсем на другом наречии, но этот язык Яфет слышал с детства, разве что некоторые слова звучат чуть иначе. Отдаленно похоже говорил его родители, братья и все, кто жил до Потопа.

Раздалось рычание, пахнуло шерстью и свежей кровью. Он узнал запах волка. Запястья машинально напряглись сильнее, Яфет принялся осторожно ими крутить, перетирая веревки.

– Смотрите-ка, – с насмешкой заметил человек в волчьей жилетке, – этот пытается освободиться.

– Ну да веревки хорошие, крепкие, хрен перекрутишь, – проворчал другой. – Эй, а вот и Армак прибежал. Здорово, волчара.

Яфет уже успел разобрать имена некоторых из этих лесных людей – Боромир, который, похоже, тут главный, еще Тарас.

Раздался глухой звук, словно человек бросился на землю и крепко ударился всем телом. Послышался человеческий голос, в каждом звуке ярая звериная мощь:

– Жаль, нам запрещают перекидываться возле деревни. Так бы и бегал в звериной шкуре до заката!

В голосе слышалось безмерная радость и одновременно тоска:

– Ночь бы в землянке с семьей, а на утро опять в волка! Вот была бы жисть!

В ответ прозвучало угрюмо-нравоучительное:

– Ежели долго в звериной личине, скоро захочешь остаться в ней навсегда! Древний зверь, что в каждом из нас от рождения, возьмет свое!

– Ну и что Тарас! – сказал Армак с жаром.

Яфет уже мысленно нарисовал образ разговаривающего – молодой, крепкий воин. Его массивными кулаками можно разбить трухлявый пень в пыль, ежели лупить со всей дури. Чутье подсказало, что у него длинные волосы. Идущий от него звериный запах бьет в ноздри тугой, гадостной волной.

– Еще бы, – сказал Боромир в ответ и сплюнул с ненавистью.

– А, может, мне это нравится! – воскликнул Армак снова. – Может, я вот так и хочу весь день наслаждаться!

– Сперва ты быстро станешь забывать родню, – мирно сказал тот, кого величали Боромиром. – Потом забудешь, как перекидываться в человека. Быть зверем на самом деле – это проклятие.