Янтарный след

Как сказал Асвард, на острове никто сейчас не жил, и Снефрид встретила эту весть с облегчением: хотя бы на одну ночь это обещало ей покой. Однако мысли о «могиле Одина» не шли из головы. Когда сварили кашу и все сели есть, об этом снова зашел разговор.

– Я думаю, здесь похоронен не тот Один, который в Асгарде, – сказал Хлёдвир, – а тот, который правил в Уппсале и дал начало роду Инглингов.

– Да разве это какой-то другой Один? – удивились хирдманы.

– Их разве было несколько?

– Но не мог же один и тот же бог править одновременно в Уппсале и в Асгарде!

– Почему не мог? Он же бог!

– Может, здесь когда-то было его святилище?

– Но почему здесь? Тут и людей-то нет, а на других островах в этой части моря живут эйсты, а не свеи.

– Но такой красивый островок, удивительный, уединенный очень подходит для жительства бога! – воскликнула Снефрид.

Она хорошо помнила, как уже виделась со Стариком и его семейством на похожем островке. Что если пройтись по нему – и снова наткнешься на каменную хижину, которая изнутри куда просторнее, чем выглядит снаружи, а возле очага сидят Старик со Старухой, поджидая своих сыновей-оборотней?

– Я слышал другое, – вступил в беседу Кетиль.

 – Что Один не похоронен на этом острове, а жил здесь во время своего изгнания из Асгарда.

Тут уже все удивились.

– Разве он когда-то оттуда изгонялся?

– Да кто же может изгнать самого Одина?

– Говорят, было дело. Я в точности не знаю, но слышал намеки. Что его изгнали оттуда на десять лет в наказание за то, что он колдовал, переодеваясь в женское платье… – Кетиль хитро покосился на Хлёдвира.

– Это все сказки! – надменно ответил Хлёдвир. – Очень надо Одину заниматься таким вздором!

Но Снефрид эта мысль показалась вполне правдоподобной – для жительства бога, изгнанного из Асгарда, этот необитаемый островок с его удивительными слоистыми берегами очень даже подходил.

Перед сном Снефрид осмелилась, уже в сумерках, дойти до дерева-дозорного; под ногами ее скрипела усеянная темно-серым камнем береговая полоса, и ей казалось, будто она идет по Дрожащему Пути, что ведет к воротам Асгарда.

По пути внимательно смотрела под ноги, благо было еще достаточно светло, и нашла три темных, красноватых кусочка янтаря. Зажала их в руке с успокоительным чувством – она идет верной дорогой, не отклоняясь от пути Фрейи.

У нее теперь часто бывало такое чувство, будто ноги ее ступают по земле, а голова находится высоко в небе, выше облаков.