Янтарный след

– Нам не придется захватывать корабли, – теперь Ормар оживился, и оживившим его усталое лицо чувством была застарелая досада, – если вы прекратите, глядь, чесать языком и вывезете нас отсюда! За тем проливом, – он кивнул на север, – репоеды собирают войско. Они уже дважды нападали – на стан и на остров, хорошо, что малыми отрядами…

– На какой остров? – перебил его Лейви, подумав о неведомом укрытии Снефрид.

– Где мы держим полон! Это там, глубже в залив. Куда еще девать, здесь его запирать некуда, а у меня нет столько людей, чтобы день и ночь сторожить сотню баб и девок.

– Сотню? – Лейви выпучил глаза.

– Они сидят на острове. Нужно будет их забрать.

– Но их столько же, сколько вас! Даже если каждый из ваших посадит к себе на колени по девке, корабли потонут прямо тут!

– Значит, они сходят два раза! Это наш полон, мы отвезем его на Готланд и хоть что-то выручим.

– Два раза! На это понадобится уже два дня! – Раздосадованный Лейви показал Ормару два пальца. – И две марки серебра! И нашу женщину вы вернете не позже завтрашнего дня, иначе она там с голоду умрет!

– Не умрет, ей оставили хлеба.

 – Ормар даже не спрашивал, много ли хлеба оставили заложнице. – А если беспокоитесь, то поворачивайтесь побыстрее! Если б вы живее шевелили ластами, то могли бы еще сегодня что-то взять и отплыть…

– Это ты – Ормар? – прервал их спор возмущенный голос. – Ты главный у этих троллей? А ну отвечай – где моя жена?

Давно уже с Ормаром никто не разговаривал так дерзко и сердито – с тех пор как он покинул Гарды.

Обернувшись, он обнаружил третьего участника беседы: Хлёдвир вытребовал с берега лодку и переправился сам, горя желанием объясниться с похитителями. Ормар с удивлением рассматривал хорошо сложенного молодца с вьющимися рыжеватыми волосами ниже плеч, весь вид которого свидетельствовал о богатстве и уверенности в себе. От гнева Хлёдвир раскраснелся, его светло-карие глаза пылали.

Любой разумный человек предоставил бы переговоры Лейви – давний знакомый Ормара, его соратник по сарацинскому походу, тот легче нашел бы с ним общий язык, да и сам был, строго говоря, ягодой с той же поляны.

Но кто будет ждать благоразумия от мужа, у которого коварно, предательски похитили жену, особенно если он сознает в этом и собственную вину? Однако Хлёдвир сейчас мало думал о том, как ему надлежит выглядеть, – не заботился о том, чтобы убедительно прикинуться разгневанным мужем. Все его знакомство со Снефрид сопровождали неудачи и позор.