Янтарный след

На поясе с позолоченной бронзовой пряжкой висел ударный нож с рукоятью резного моржового зуба. Шлем у него был франкской работы, с верхушкой, немного наклоненной вперед, будто гребень небольшой волны. В правой руке он держал топор, в левой нарядный щит с двумя желтыми конями на черном поле. На щите не было пока ни единой отметины от ударов – Хлёдвиру не приходилось пускать его в дело.

Ормар прибыл, как подобает вождю, в сопровождении троих оруженосцев; шедший первым нес стяг с белым журавлем на красном поле.

Сразу было видно, что Ормар – птица другого полета: на нем был белый сарацинский кафтан, отделанный красным шелком с узором из цветов и коней, штаны голубого льна, широченные штанины собраны в мелкую складку. Люди Хлёдвира пересмеивались между собой – с чего бы, дескать, Ормар напялил на ноги два мешка, неужели боится так крупно обделаться со страху? Викинги понимали это по-другому: такие штаны для пешего боя плохо пригодны, и надев их, Ормар не только хвастается добычей, но и выражает пренебрежение к противнику. Ну кто этот самодовольный и заносчивый «мешок серебра», весы ходячие, против вождя викингов, что только за последние три лета добыл столько славы, что хватило бы на троих? Ниже колен ноги Ормара были покрыты красно-коричневыми обмотками, на хазарском поясе с серебряными накладками висел кривой сарацинский кинжал. Шлем тоже был восточный – высокий, с наносником и кольчужной бармицей.

Увидев Хлёдвира и быстрым пристальным взглядом оценив его снаряжение, Ормар снял перевязь с мечом и передал оруженосцу.

Взамен ему дали боевой топор с серебряной насечкой на обухе, хищно изогнутым лезвием и выступающим передним «зубом». Щит у него был очень простой, обтянутый бурой кожей, со следами от ударов.

– Начнем, пожалуй, – все с тем же устало-небрежным видом сказал он и шагнул на парус. – Помни: кто сошел с поля, тот утонул!

– Себе напомни! – дерзко ответил Хлёдвир. – Я-то помоложе тебя буду!

Ормар только усмехнулся. Он двигался неторопливо, будто ничего особенно не собирался делать, но топор в его руке несколько раз крутанулся в воздухе, лучше любых слов показывая, как привычно хозяину это оружие, как ловко и быстро способно двигаться.

Хлёдвир сразу принял боевую стойку и теперь был словно звенящая струна. Его переполняло возбуждение и готовность к чему угодно.

Право первого удара принадлежало Ормару, как принявшему вызов, но он небрежным движением показал, что уступает его противнику.