Янтарный след

С огня и воды, со всех металлов, камней, деревьев, зверей, змей, ядов, птиц, болезней…

Хорошенькое открытие поджидало ее дома! Надо отдать ей честь: она не набросилась на Одина с упреками, а постаралась отвлечь асов от его позора. Собрала всех на Поле Света… Асы думали, она сейчас обличит мужа в измене, пригрозит его покинуть! Любители сплетен и раздоров потирали руки, глаза у всех были как блюдца. Но Фригг всех удивила: о похождениях своего мужа не сказала ни слова, а сообщила, что взяла во всех и со всего на свете слово не причинять вреда Бальдру и теперь он неуязвим.

Вид ее выражал натянутую радость – она тревожилась за Бальдра, она очень устала, а новости дома не располагали к отдыху. Я неплохо к ней отношусь: за время жизни в Асгарде прежняя богиня болотных жертв и женских посвящений набрала немало разных умений и мудрости. Меня она недолюбливает, но скрывает это, и на людях мы держимся приветливо, не давая повода к сплетням. А ведь она знает: пожелай я пойти навстречу желаниям Одина, и госпожой Асгарда стану я, а ей придется уйти обратно, на одну из нижних степеней, и учить девочек прясть. Все остальное, что может она, я тоже могу.

Но хотя асы ожидали другого, рассказ Фригг их тоже взбудоражил. Давая выход возбуждению, все окружили Бальдра, сперва пытались шутливо его опрокинуть, потом стали кидать в него то камни, то копья. Фригг оказалась права – ни одно орудие до него не долетало и падало у ног. Вокруг него валялись уже целые груди копий и стрел… когда одна из них у всех на глазах вдруг прошила его грудь и он рухнул наземь! Мертвый!

Что тут началось… День с самого начала был необычный, но никто не ждал такого его завершения.

Все побежали к Бальдру, спотыкаясь о кучи копий и камней. В груди его торчала стрела, сделанная из побега омелы, и она пробила его сердце насквозь. Мне было незачем к нему подходить – я и так ощутила, как оборвалась его нить. И не связать ее, не скрепить.

– Но кто это? – кричали со всех сторон. – Кто это сделал?

– Да как он сумел – он же ничего не видит?

– Он не мог так хорошо прицелиться!

– Что случилось? – в недоумении восклицал бедняга Хёд.

Совершенно слепой от рождения, он даже не увидел, что его выстрел, единственный из всех, достиг цели.

– Ах ты негодяй! – раздался рядом с ним звонкий, никому не знакомый голос. – Ты убил моего брата!

Ребенок – за утро он еще подрос и стал похож на двенадцатилетнего – подхватил с земли чье-то копье и могучим ударом вогнал его в грудь Хёда.