Янтарный след

В самой середине сидел, скрестив ноги, какой-то мужчина с длинными волосами и бородой, а по сторонам от него люди с волчьими головами боролись с драконами. Золотые фигурки были усажены небольшими камешками бирюзы, а по обручам, обрамляя фигурки сверху и снизу, шли два ряда мелких гранатов, будто капли крови.

Я только ахнула при виде такой красоты и подошла к жертвеннику.

– Где же ты это раздобыл?

– На юге, в Серкланде. Моя мать хотела, чтобы я оставил это для моей будущей жены, а я говорил: мне не видать хорошей жены, если я не заслужу благосклонности Фрейи, поэтому ожерелье нужно поднести ей.

Но теперь я думаю… может, ты захочешь его принять?

Он спросил это с робостью, будто сомневался, достоин ли меня такой дар.

Я взяла ожерелье, осмотрела, не веря своим глазам. В Серкланде или нет, но думаю, сделали его руки двергов.

– Не знаю, что это за человек, – стоя у меня за плечом, Од кивнул на сидящего мужчину в середине ожерелья.

Я ощущала, как его взгляд скользит по моим плечам, как бьется его сердце. Его дыхание теплом касалось моих волос.

– Думаю, это Имир сидит среди небесного свода, – я улыбнулась, расстегнула хитрую застежку, положила ожерелье себе на шею и попросила: – Застегни.

Он стал застегивать, стараясь вставить шпеньки хитрой застежки в пазы, руки у него дрожали. Его страстное волнение пронизывало меня теплом и блаженством. Цветы сон-травы стремительно поднимались и раскрывались ало-багряными звездами вокруг нас, словно вся поляна у жертвенника залита кровью.

Потом я обернулась и взглянула ему в глаза.

От таких глаз способна пропасть даже я – в них суровость и нежность, сила желания и слабость перед моей красотой. Грудь его вздымалась от волнения. Я улыбнулась, обвила руками его крепкую шею и поцеловала его. Он жадно обхватил меня руками, прижал к себе… и в этот миг я исчезла. Я растаяла, испарилась прямо из его объятий, хоть он и обнимал меня так крепко, как только мог. Так исчезает всякая мечта, когда пытаешься ее схватить, – Од ведь всего лишь человек. Но в тот краткий миг, когда соприкоснулись наши губы, вся его кровь вскипела от наслаждения. Он не будет знать, примерещилась ли ему эта встреча в роще, была ли на самом деле, но навсегда запомнит эту вспышку света внутри, что сулила невиданное блаженство, но погасла, как падучая звезда.

Теперь он навеки мой. Самую пылкую любовь сотни других женщин он не задумываясь отдаст за еще один мой поцелуй. Только обо мне он теперь будет думать, мой ласковый взгляд будет заполнять его душу.