Японская война 1904. Книга 6

А в жизни? Так уж получилось, что на стратегическим уровне все решения принимаются в Санкт-Петербурге. А Николай Александрович пусть и оказался гораздо активнее и решительнее, чем я о нем думал, но в итоге в рамках большой политики предпочитал не действовать дальше самому, а остановиться и готовиться отвечать на действия других.

Сразу не лучшая позиция. Впрочем, так было с самого начала войны. На нас напали — мы защищаемся, и ни шагу дальше определенной границы. Благодаря 2-ой Сибирской армии даже так мы смогли добиться успеха, но сможем ли повторить его еще раз, если враг выучит все уроки? Очевидные минусы пассивной стратегии, которые все предпочитают не замечать.

— Но мы же не всегда просто ждали, — возразил Огинский, которому я как раз и рассказал все эти свои мысли.

— Все верно, — кивнул я. — Как мы знаем, есть пассивная позиция и активная. Но вторая не обязательно определяется действиями. Можно даже ничего не предпринимать самому, но создавать такие возможности и ситуации, когда враг сам будет вынужден поступить так, как нужно нам.

— Как в сражении, когда вы заставляете их думать, что этот фланг слабее, и нужно бить именно туда.

— Примерно, — я улыбнулся. — Только в мирной жизни обычно приходится действовать за счет демонстрации силы, а не слабости. Например, наши продуктовые дела с Китаем. Мы создали маршрут, мы показали готовность платить, и дальше все пошло само собой. Или взять контракт на взрывчатку. Мы показали, что сможем создать условия для производства, обозначили, как товар будет превращаться в живые деньги, и теперь уже немцы спешат с нами сотрудничать.

— Или Инкоу! Мы просто строим дома, а купцы сами в очередь встают, чтобы только привезти сюда свои деньги и что-то открыть.

— Им бы еще в этом побольше фантазии, — я кивнул.

Огинский улыбнулся. О моих желаниях, чтобы в городе строили что-то помимо ресторанов, он уже знал. Вот только, когда ты создаешь возможности, совсем не факт, что ими воспользуются так, как хочется именно тебе. Скорее наоборот: если есть хоть малый шанс сделать что-то неприятное и пошлое, то именно он и сработает.

— Так было раньше, но теперь — нет. Теперь мы действуем и сами станем создавать возможности для будущего, — Огинский подвинул ко мне запечатанную сургучом папку. — Вот список агентов, которых после всех испытаний и проверок я допустил до задания.

— Опять двенадцать человек? — я улыбнулся, просматривая список позывных. Даже ради меня во избежание утечек никто не стал писать реальные имена.